21.03. Понедельник 9 мая 1988 г., г. Ленинград, Пулковские высоты, map #1853.

Вячеслав смахнул с бетонного блока мелкие камушки и аккуратно уложил Ирину.

– Как ты? – он вытер ладонью пот с ее лба и провел по влажным волосам. – Потерпи, сейчас пройдет…

Ирина приоткрыла глаза и вымученно улыбнулась.

– Обещаю, больше не буду превращать тебя в собаку, – Слава улыбнулся в ответ. – Так ты мне больше нравишься.

В штанину джинсов вцепились маленькие челюсти, и снизу раздался повизгивающий рык. Кротков опустил глаза на щенка.

– Ты ж орать будешь, если и тебя перекинуть. Так ведь?

Щенок еще отчаяннее вцепился в штанину.

– Он… – Ирина тяжело дышала. – Его… покормить надо…

Слава нагнулся, взял Сергея за загривок и с трудом оторвал от брюк. Подняв щенка на уровень своего лица, он с интересом присмотрелся к его гримасам. Смешно, но в движениях мордочки наблюдалась какая-то система.

– Как, как?…

Ира приподнялась на локте и вгляделась в напрягшееся лицо Кроткова.

– Что? Слава, что случилось?

Вячеслав, казалось, не расслышал вопроса. Он опустил разом успокоившегося щенка на балку и в задумчивости присел рядом.

– Вот так просто?… – он посмотрел в глаза Ирине. – Сергей Анатольевич тоже здесь.

Оба опустили глаза на щенка, и тот, фыркнув, довольно кивнул.

– Только что он передал мне код выхода. Проморгал. Азбукой Морзе. Всего одно простое слово.

Ирина села, улыбнувшись, погладила сына по голове и потрепала за маленькое ушко.

– Значит, можем выходить? Какое это слово?

Слава промолчал, задумчиво глядя на разрушенный город. Через несколько секунд паузы, не меняя направления взгляда, он неожиданно спросил:

– А какова была роль лысого? Кто он?

Рука Ирины замерла на напрягшемся затылке щенка.

– Лысый? Сергей называл его Координатором. Он… – она слегка замялась. – Он должен был создавать условия… Ну, экстремальные. Чтобы ты… Чтобы твой мозг работал в режиме максимального напряжения.

– Пару раз он хотел меня убить. Это тоже было предусмотрено?

Ирина немного помолчала.

– Нет. Он… вышел из-под контроля. Поэтому я и решила прекратить этот эксперимент. В любом случае, все закончено. Ты выполнил свою задачу и можешь просыпаться…

Слава все так же задумчиво смотрел за горизонт.

– Ты уверена, что я проснусь?

Ира открыла, было, рот и тут же его захлопнула. А в самом деле, можно ли быть в этом уверенной? За решением насущных проблем, вызванных неполадками в программе, исходная цель эксперимента как-то незаметно отошла в тень. На задний план. Ирина вдруг осознала, что ответить себе на этот вопрос она даже и не пыталась.

– Я… не знаю, – она тряхнула головой. – Но, в любом случае, этот опыт надо заканчивать. Не проснетесь – вернемся к традиционным методам.

Слава поднял глаза к бледнеющему небу.

– А недописанную диссертацию я сожгу, – Ира решительно встала на ноги и ойкнула, напоровшись босой пяткой на острый камешек. – Черт! Пошли отсюда. Я…

Вячеслав приложил ладонь козырьком к бровям, пытаясь рассмотреть что-то в западной части небосклона.

– …устала. Я хочу уюта. Я хочу тепла и домашней пищи. Я…

– Т-с-с… – Слава приложил указательный палец к губам. – Еще пара вопросиков, и – пойдем.

Ирина фыркнула и снова села на бетонный блок. Оглядела "скамейку", вздохнула и, схватив щенка за ухо, подтянула его к себе.

– Сережку покормить надо…

Слава усмехнулся и щелкнул пальцами. Ирина вздрогнула, передернувшись от картины превращения, но быстро с собой справилась и расстегнула пуговицы на халате. Откинув клапан приспособленного для кормления бюстгальтера, Ира прижала Сережкину головку к груди.

– Отвернись.

– Красивая грудь, – Слава снова занялся изучением небес. – Никогда не видел ничего подобного.

Ирина бросила короткий взгляд на своего пациента и, улыбнувшись уголками губ, опустила ресницы.

– Кто послал призраков?

– Что? – Ира посмотрела с удивлением. – Каких призраков?

Младенец что-то гукнул, не отрываясь от груди.

– Понятно, вопрос снят. Про летающие тарелки можно, значит, не спрашивать…

– Про какие еще тарелки?

– Да вот про эти.