Посреди лагеря возвышался полотняный дворец эмира хаджа с куполами и башнями, вышитыми геральдическими эмблемами. Вблизи на самых красивых улицах стояли другие дворцы и богатые дома в окружении розовых, желтых, зеленых, фиолетовых палаток, которые свежестью красок соперничали с персидскими коврами. В этом сказочном месте «Тысячи и одной ночи» часто теряли ориентацию, но четко организованная служба порядка помогала заблудившимся. Погонщик верблюда сажал паломника в седло и, проезжая бесконечными улицами полотняных домов, выкрикивал имя сбившегося с дороги, название города, откуда тот прибыл, – и так отыскивал его палатку.

Перед пятью ежедневными молитвами глашатаи эмира подавали сигналы, трубя в трубы и ударяя в барабаны. И тогда огромная толпа правоверных заполняла двор Большой мечети Мекки, чтобы принять участие в богослужении. Чувство мусульманской духовной общности объединяло представителей самых разных народов С достоинством выступали флегматичные и солидные жители городов Ирана и Средней Азии. Эмоциональные турки-сельджуки, прибывшие из Сирии в период недолгого затишья между очередными походами против крестоносцев, не могли сдержать слез умиления при виде древних святынь. Всеобщее любопытство вызывали непривычные обычаи длинноволосых, с заплетенными бородами пришельцев из Йемена: не зная ни обрядов, ни науки ислама, они молились по-своему и нигде не расставались с огромными луками.

Великое паломничество начиналось в первый день месяца зуль-хиджж и длилось 10 дней. В Мекке и ее округе религиозные церемонии происходили непрерывно. Первая обязанность хаджи – семь ритуальных обходов вокруг «дома Божьего» – Каабы, где благоговейно прикладывались к «черному камню» – «деснице Аллаха на земле» (поклонение этому овальному метеориту глубокого черного цвета с мелкими вкраплениями слюды восходит к домусульманским культам). Затем паломники пили солоноватую «чудодейственную» воду из колодца Земзем, которая спасла от жажды легендарного родоначальника арабов Измаила и его мать Агарь В праздничный цикл входил и визит в долину Арафа. С плачем и стонами шествие всходило на гору ар-Рахма с мечетями в честь праотцов Адама и Авраама. В дни Арафа в Мекке устраивали ярмарку, куда приезжали торговцы из самых отдаленных земель. В последний день торжеств правоверные направлялись в долину Мина. Следуя этой узкой лощиной, они творили обряд побивания камнями дьявола и совершали жертвоприношения – заключительный акт сложного ритуала паломничества.

Отовсюду притекали в Мекку благочестивые дары Во время паломничества в Каабе выставляли напоказ произведения высокого искусства, присланные «царями ислама» Входящие в «дом Аллаха» любовались ведрами и кубками из камней, «которым не было цены», дивным яхонтом – подарком халифа ал-Мамуна, инкрустированными фигурками газелят и сосудами «фараонова стекла», зеленой хризолитовой плиткой стоимостью 4 тыс. динаров Как будто парили в воздухе солнечные диски и полумесяцы из золота.

Кроме хаджа в Мекку духовному совершенствованию мусульманина способствовало посещение могил местных святых – людей, прославленных праведностью, или мучеников за «истинную веру» Народное суеверие приписывало им необычайные деяния они мгновенно преодолевали пространство, избавляли от врага, внимали нездешним голосам и ходили по воде Разбросанные по разным странам мавзолеи «чудотворцев» служили заманчивой целью далеких странствий К гробницам святых, особенно чтимых беднейшими городскими сословиями, в определенные дни года организовывали массовые паломничества

На дорогах Западной Европы изредка можно встретить человека в островерхой широкополой шляпе с пером, туго подпоясанной куртке с пузырящимися выше локтей рукавами и в низких сапогах гармошкой с широкими раструбами. В расшитом заплечном мешке такого «выходца из прошлого» – топор, пила и рубанок Это бродячий плотник, цех которых еще существует в Гамбурге. Тайное, чисто мужское общество, на собрания которого посторонних не допускают, сохранило средневековые обычаи и устав. Оно владеет домом на окраине города, где старейшины принимают новых членов, а в день святого покровителя общества устраивают праздничный обед. Чтобы стать мастером и членом цеха, следует уйти на полгода не ближе чем за 50 км от дома Странствуя по городам и поселкам Западной Германии, Австрии, Люксембурга, Голландии, гамбургские плотники ставят сараи, парники и скотные дворы, чинят лестницы и рамы, перестилают полы. Среди этих людей живет сознание извечности их ремесла «Ведь мы всегда были», – заметил один из них, рассказывая о своей жизни.. [171]

Плотник из Гамбурга – продолжатель традиций Средневековья, когда странствия для усовершенствования в деле или в погоне за заработком были распространены среди ремесленников многих специальностей: керамистов и ткачей, деревообделочников и камнерезов.

Подмастерье набирался опыта, кочуя из одного города в другой и часто меняя место работы. Он шел пешком. В узелке, перекинутом через плечо, лежали инструменты и немного белья. В мастерской, куда нанимался ученик, ему предоставляли стол и кров. «Период скитаний» – это период обучения и формирования будущего мастера. Изучая ремесло в разных краях, он пополнял знания и совершенствовал профессиональные навыки. Странствующие ремесленники проходили немалые расстояния.

Не жили оседло и мастера высокой квалификации. Если в каком-либо городе ремесленников одной специальности скапливалось больше, чем требовалось, они снимались с места и шли туда, где спрос на их изделия был выше. Саади относил ремесленников к тому роду людей, которым странствия не противопоказаны.

По приглашению владетельных особ из страны в страну путешествовали целые артели мастеров – для них не существовало ни государственных, ни национальных границ. Универсализм общеевропейской культуры с ее общностью сюжетов облегчал их передвижения.