— Меня зовут Касим бен Хусейн. — Он слегка поклонился, и видно было, что делать это ему приходится весьма нечасто. — Могу я узнать имя прелестной англичанки? Не бойтесь, скажите! — и он прищелкнул пальцами.

От этого звука Лорна вздрогнула, и ей неудержимо захотелось послать его подальше с этими вопросами.

— Я — Лорна Морел, — ответила она как можно холоднее. — И была бы вам весьма признательна, если бы один из ваших людей проводил меня обратно в отель «Рас-Юсуф» в Ираа, где я остановилась. За это беспокойство ему будет щедро заплачено.

— Будет заплачено, говорите? — В его желтоватых глазах опять появился неприятный блеск. — И сколько, по-вашему, будет достаточно за то, чтобы освободить глупую девчонку из рук конокрада? Горсти франков?

Несмотря на издевку, звучавшую в его словах, девушку притягивали эти глаза, пронизанные цветом пустыни, и снова Лорна обратила внимание, что и говорит и жестикулирует он как настоящий француз.

— Мсье, я устала, хочу пить и совершенно не расположена к разговору загадками. — Лорна откинула волосы, закрывавшие ей глаза. — Может кто-нибудь проводить меня до отеля?

— И вы не хотите поблагодарить меня, своего спасителя?

— Я уже сделала это в самом начале.

— Да, потому что сочли меня французским офицером из пустынного патруля. Предводитель надменным жестом сбросил с плеч плащ. — Вглядитесь, мадемуазель, похож я на француза? Лорна подумала, что он дьявольски высокомерен.

— Мне бы хотелось получить хоть глоток воды, — произнесла она сухо.

Ее спаситель сказал что-то одному из своих людей, который тут же, соскочив с лошади, направился к вороному жеребцу, взял поводья и вскочил в алое седло. Когда живописная фигура человека, раздававшего приказы, сделала шаг в ее сторону, Лорна инстинктивно отступила. Но он, подойдя, всего лишь освободил ей руки, все еще связанные шарфом, а потом, схватив ее за талию, подсадил на освободившуюся лошадь. От этого прикосновения у Лорны перехватило дыхание.

— Пейте! — Он показал на бутылку с водой, висевшую около седла. — Нам предстоит долгий путь.

Девушка с благодарностью припала к бутылке, долго пила, а потом, закрыв ее кожаной крышкой, повесила на высокое седло.

— Мне не нужно полного эскорта, мсье, — нервно улыбнулась она. — Вполне достаточно будет кого-то одного, просто чтобы проводить меня до отеля.

— До отеля? — Предводитель вздернул черную бровь. — Мы направляемся не в Ираа… а возвращаемся в мой лагерь.

Это известие ошеломило Лорну. Безмолвно смотрела она, как темной птицей, взмахнув плащом, словно крылом, взлетел он в седло. Поводья выпали из ее ослабевших рук, когда смысл этих слов дошел до ее сознания. Этот человек везет ее не в отель, а в свой лагерь! Он похищает ее, и уж конечно не ради выкупа! Его одежда, манера держаться, окружение, — все говорило о том, что он — важная личность. Одного только взгляда на его свиту было достаточно, чтобы понять: эти люди вышколены им настолько, что стоит ему только повести бровью — и любой из них кинется выполнять его желание. Его воля — их воля!

Да, конечно, они были вышколены, но она-то нет! Пришпорив свою лошадь каблуками, Лорна прорвалась через окружавших ее людей и сумасшедшим галопом рванулась в сторону от них. Нет уж, она не собирается покорно подчиняться никакому мужчине, и меньше всего этому высокому насмешливому дьяволу с глазами такого же золотистого оттенка, как и пески пустыни.

Он позволил ей отъехать примерно на милю, а потом, устремившись следом, с необыкновенной легкостью догнал, свалившись на нее, словно ястреб на свою жертву, и, обхватив ее за талию, посадил перед собой.

Ощутив это прикосновение и услышав смех, Лорна принялась отчаянно бороться, колотя кулаками по его плечам и сожалея, что у нее нет когтей, чтобы вцепиться ему в глаза. Предводитель в ответ только сверкал белыми зубами и продолжал плотно заворачивать девушку в складки своего плаща, одновременно сжимая коленями бока лошади и не давая ей пуститься вскачь.

Лорна лежала, задыхаясь, поперек туловища животного, до боли прижатая руками своего нового похитителя, вспотевшая, пылающая гневом и ненавистью.

— Ты — скотина! — вырвалось у нее. — Как назвать твой поступок?

— А я думаю, ответ прост. Спокойно, Калиф! — это он уже сказал коню, встревоженному борьбой, происходившей на его спине. — Мы поймали дикую кошечку. Да-да, та fille, [9] уж ты бы выцарапала мне глаза, если б добралась до них, а?

Предводитель рассмеялся, глядя сверху на Лорну. Ему удалось сломить ее сопротивление с такой легкостью, будто она была ребенком.

— Глупышка, ты только напрасно утомилась. Неужели думаешь, что Касим бен Хусейн позволит какой-то девчонке одурачить себя?

Он коснулся ее волос и устремил на нее взгляд, вызвавший на щеках Лорны гневный румянец.

— Скажи, твои волосы действительно такого цвета? — Это было не просто восхищение, к какому она привыкла, нет, то был взгляд человека, получившего, наконец, давно и единственно желаемое. — Soie sauvage. [10] Золотистый, как сама пустыня.

Лорна отпрянула от него, насколько это вообще было возможно в ее положении.

— Ты… запорол того человека только за то, что он украл коня! — В ее синих глазах стоял ужас, какого она еще не знала. Этот предводитель страшил ее гораздо больше, чем тот араб, что увез ее из оазиса. И неважно, что плащ, в который ее завернули, был чистым, словно воздух пустыни, и слегка припахивал турецким табаком, аромат которого Лорна хорошо знала, поскольку ее отец курил такие сигареты. Несущественно было и то, что державшие ее руки оказались такими же чистыми, как и эти одежды. Нет! Даже от его красивого лица ее пробирала ледяная дрожь.