— А теперь скажи мне, зачем ты это сделал?

— Ну? Зачем? — прошипел Глеб, ухватив блондина за локоть.

— Для начала отцепись, — ответил тот, не попытавшись, впрочем, сбросить руку Глеба. И чтобы не стоять как дурак, потому что тащить блондина было некуда, а сам он не убегал, Глебу пришлось отпустить руку. Для устрашения Глеб злобно уставился на абитуриента, хотя того это совершенно не впечатлило. Как его зовут-то? Забыл, вот незадача. Стоит с мордой лопатой, как будто так и надо.

— Теперь объясни, в чем проблема? Что я тебе должен? Я ничего тебе не сделал, чтобы ты прыгал на меня из-за угла, — заявил Глебу блондин.

— Ты же покупал у меня варианты! Помнишь? Математику, логику, историю мира!

— О чем ты? Не понимаю. Я у тебя ничего не покупал. Что, ты говоришь, продавал? Учебники?

Тут Глеб на некоторое время впал в ступор. В голове у него отчаянно крутились шестеренки, пытаясь собрать общую картину. А покупал этот? Или нет? С этими анонимными трансакциями ни в чем нельзя быть уверенным. Что в его случае не так уж и плохо.

— Ладно, — слегка выдохнул Глеб. — Пусть не покупал. Но знал.

— Что знал? — уперся парень.

Глеб продолжал напряженно размышлять. Желание поквитаться с наглым абитуриентом боролось с необходимостью как можно быстрее спрятать концы в воду.

— Хорошо, — Глеб поднял руки ладонями вверх. — Не был, не состоял, не участвовал. Я и сам так буду говорить. А зачем ты на меня проверку натравил? Ты что, тайный адепт порядка?

Блондин смешно прищурился, от чего его лицо приобрело совершенно лисье выражение, открыл рот и понес душное воспитательное гонево.

— Глеб, ты конкретно перегрелся. Не знаю, где уж у тебя замкнуло, попробуй разомкнуть. В твоем состоянии жить нельзя. Но я понял, что тебя коротнуло, когда я смотрел на тебя в очках. С этого и начнем. Итак, люди надевают рабочие очки по двум причинам: первая — они что-то делают с программами и вторая — они смотрят, как с ними работает кто-то другой. Во втором случае или по делу, или из любопытства. Понимаешь, к чему я? Человек в рабочих очках необязательно что-то делает сам. Не верю, что ты никогда не видел праздно шатающихся людей в рабочих очках, ты как минимум год учишься, должен был видеть такое. Так вот. У меня, как ты заметил, есть рабочие очки. В них я или сам что-то делаю, или смотрю, что происходит. Когда есть повод. А конкретно сегодня знакомый андроид, с которым я вошел в библиотеку, обратил мое внимание, что на потолке у вас происходит нечто интересное. Они видят такие вещи сами, без спецустройств. Да, было увлекательно, я тоже с удовольствием посмотрел. Особенно зрелищно выглядел обвал контролирующей сети.

Слушать блондина было невыносимо. Но на последней фразе у Глеба отлегло от сердца. Хотя, почувствовав неладное, он и успел отключить маскировочный купол, уверенности, что удалось проскочить, у него не было. Но если сеть и правда обвалилась, может, никто ничего и не видел?!

— Что, правда? — вырвалось у него.

Вопрос относился, разумеется, только к последней фразе. Блондин это понял, ухмыльнулся и свернул свою речь.

— Глеб, я дам тебе один совет, только ты не обижайся. Купи себе рабочие очки, даже если не планируешь ими пользоваться по специальности. И твой мир никогда не будет прежним.

Глеб резко выдохнул, распрямился и, что-то сообразив, ткнул блондина пальцем в грудь.

— А новые варианты по истории мира вы не получите!

— Вообще не понимаю, о чем ты говоришь, — ухмыльнулся абитуриент.

Глеб хмыкнул, махнул рукой и двинулся обратно в библиотеку. Жаль бизнеса, но в конце концов тут была не единственная точка, может, от друзей еще чего перепадет.

На вечернее заседание Ада, зампред Приемной комиссии, ворвалась с гиканьем и свистом.

— Я вас поздравляю!

Участники заседания напряглись, потому что тон Ады не обещал ничего хорошего. Заметив помрачневшие лица, Ада засмеялась:

— Нет, я на самом деле поздравляю. Комиссия из Министерства благополучно отбыла, теперь мы опять сами на хозяйстве.

— Что им помешает вернуться? В одном городе живем… — хмыкнул зампредседателя.

— У них нарисовалось мероприятие в Новосибирске с возможностью получения дополнительного бюджета, поскольку западное министерство деньги освоить не сумело.

— Дайте я угадаю, — снова подал голос второго заместителя комиссии. — Это программа обучения андроидов по человеческим процедурам? Я надеюсь, мы не будем мчаться в первых рядах с заявкой на этот бюджет?

— Будем! Потому что андроидов нам уже прислали, а деньги — нет. Мы бы и так их учили, повесив на бюджет инженерного отделения, но теперь есть шанс этого не делать. Наше руководство вылетает туда же ночью.

— А я их, кстати, сегодня видела. Андроидов. Очень мирно сидят в библиотеке.