Руку обожгло холодом, и я с удивлением увидел, что кольцо оказалось на месте, как будто только что я наблюдал не золотую змейку, ползающую по людям, а просто яркую галлюцинацию.

— Знаете, я, наверное, пойду, — решительно встал я из-за стола. — Провожать меня необязательно. У нас в любом случае не получится с вами договориться.

У входа в кабинет я остановился и повернувшись сообщил Князеву.

— Минут через десять всё придет в норму. Как вы сказали, фокус, завершился удачно. Правда вам было бы неплохо проверить простату. Пока не болит, но там есть очаг воспаления.

Князев молчал, хотя глаза его реально чуть из глазниц не выпрыгнули.

— А вы, уважаемый, — обратился я к охраннику, — завязывайте с вейпами. Такими темпами скоро без легких останетесь!

И вышел, провожаемый ошарашенными взглядами. К моему удивлению, никто из охранников даже не попытался меня остановить или что-нибудь уточнить у хозяина. Идет человек и идет. Значит так надо.

Сам по себе факт гуляния в полночь, видимо, никого не удивлял.

Я решил не наглеть сверх меры, поэтому не стал задавать глупых вопросов типа «А кто отвезет меня обратно?». Просто вышел на улицу и зашагал в сторону Третьего транспортного кольца. Все случившееся стоило тщательно обдумать, но даже прогулка на свежем воздухе никак не примирила меня с действительностью.

Причем больше всего меня почему-то расстраивал тот факт, что про Целителей известно обычным людям, и людей этих достаточно много. Какая-то странная ситуация.

Причем, знающие люди не стремятся помогать людям. Нет! Решение шкурных вопросов, зарабатывание денег, причем, не самыми законными способами. Я никак не мог смириться с таким положением дел.

Придя домой, я взял оставленную мне Надеждой Владимировной визитку и набрал номер с лицевой стороны.

— Эдуард Алексеевич! Здравствуйте! А вы спите?

— Уважаемый Геннадий, — язвительно произнёс полковник после того, как закончил материться. — А как вы себе представляете дальнейший ход событий? Что именно, на ваш взгляд, я сейчас должен делать?

— Ну откуда мне знать, как надо действовать в подобных ситуациях? — отозвался я, не сильно обрадованный эмоциональной реакцией Эдуарда Алексеевича. — Вы же полковник, а не я.

— Вы бы, несомненно, уже куда-нибудь ломанулись, как в одно место шмелём диким ужаленный, — проворчал Седых. — Даже не сомнений нет. Наверное, именно поэтому из нас двоих именно я полковник. Я предпочитаю сначала думать и разбираться в предмете. Что, собственно, такого произошло. Ну хорошо. Клиника, торгующая донорскими органами. И что в этом такого чрезвычайного? Какие основания считать, что там совершается нечто противоправное? Ваши ощущения? Так их к делу пришьёшь и в суде не предъявишь.

— В смысле? — возмутился я. — А я что-то пропустил? Законодательство изменилось? В России открыли огромное количество частных центров трансплантологии?

— Может и открыли, — пробурчал в ответ Эдуард Алексеевич. — Я такими нюансами давно не интересуюсь.

— Может быть, тогда имеет смысл поинтересоваться? — продолжал настаивать я. — Не в полицию же мне идти с этими заявлениями. Тем более, я так понял, что у человека крыша где-то на самом верху, а значит полиции просто дадут по рукам, чтобы не совались не своё дело.

— И такое возможно, — в голосе полковника сварливости могло хватить на целую роту бабушек из регистратуры. Ему явно не хотелось что-то делать и оставалось удивляться, как он до сих пор ещё вызов не отбил. — Однако я по-прежнему не понимаю, что вы сейчас от меня хотите. Тем более в два часа ночи!

— Я хочу, чтобы вы как-то отреагировали на мою информацию, — раздражённо ответил я полковнику. — В конце концов, для чего ещё ваша контора существует? Вам сообщили информацию, а вы обязаны ее проверить! Вот не зря вас бездельниками называют.

— Насколько мне известно, вы свою службу начинали тоже не так далеко от моей конторы, — съязвил Седых. — Или вы тоже из адептов той церкви, которая считает, что погранвойска должны быть самостоятельными?

— Граница всегда неприкосновенна. Не уходите от темы, Эдуард Алексеевич, — практически взбесился я. — Скажите прямо вы будете что-то делать или мне искать другие пути решения проблемы?

— Не надо ничего искать, — вздохнул полковник. — Будьте, пожалуйста, дома, я постараюсь до обеда заехать к вам в гости.

После этого полковник отключился, даже «до свидания», как все воспитанные люди, не сказал. Ну в гости так в гости, чашку чая для уважаемого человека я всегда найду.

Дома я с чистой совестью лёг спать, а утра и вовсе забыл о визите полковника. Информацию сообщил, скинул, так сказать, с больной головы на здоровую, значит и помнить незачем. Тем более, что с утра я нашёл более увлекательное занятие.

— Появись!

— Приди!

— Превратись!

У меня же точно не было галлюцинаций, я прекрасно помню золотистую змейку, которая не только парализовала Князева, но и со мной разговаривала. Пускай поначалу образами, всплывающими в моей голове, но все равно по итогу это оказалось словами, причём довольно разборчивыми. А как бы я иначе узнал, что ноги охранника минут через пятнадцать обретут чувствительность, да и сам криминальный авторитет не навсегда остался парализованным.