Я начал замечать таинственные следы и пропажу вещей то тут, то там, а затем обнаружил логово, где прятался маленький негодяй. Ночуя на стройплощадке, я готов к тому, что кто бы ни прокрался на нашу территорию, он будет сурово отчитан и хорошенько напуган.
К чему я не готов, так это к богине с волосами цвета воронова крыла и широко раскрытыми от ужаса небесно-голубыми глазами. От одного ее взгляда у меня перехватывает дыхание, а каменное сердце раскалывается пополам. Блейкли боится всего и вся, и меня убивает, что она не может даже посмотреть мне в глаза. Если бы она не потеряла сознание, я не уверен, что она когда-нибудь согласилась бы вернуться в мою хижину.
Теперь она здесь, и впервые с тех пор, как я уволился из армии, я чувствую, что у меня есть причина просыпаться по утрам. Спасти Блейкли от того, что пугает ее, — это моя новая миссия в жизни. Я просто надеюсь, что мое прошлое не встанет между нами…
Чего ожидать от книги Кэмерон Харт: соблазнительных героинь, заботливых альф, много тепла и нежности. Никакого обмана, безопасность, гарантированный хэппи-энд!
Глава 1
Кассиан
Пот стекает по моему лбу, щиплет глаза, пока я продолжаю считать свои отжимания.
— Двести тридцать шесть, двести тридцать семь... — мой голос дрожит от напряжения, когда я опускаю свое тело на пол контролируемым образом, а затем на мгновение замираю, прежде чем снова поднять свое массивное тело ростом в шесть с половиной футов. — Двести тридцать восемь, — ворчу я.
Мои мышцы дрожат, пресс горит, а нижняя часть спины кричит мне остановиться, но я продолжаю.
Двести пятьдесят. Двести шестьдесят. Двести семьдесят пять…
— Блядь, — рычу я, падая на деревянный пол. Я переворачиваюсь на спину, делаю глубокий вдох, прежде чем вдохнуть побольше воздуха. Мои руки и ноги сводит судорога от напряженной тренировки, в то время как мышца, ранее известная как сердце, колотится о грудную клетку.
Выброс адреналина из-за того, что я доводил свое тело до крайнего предела, начинает спадать, забирая с собой и те крохи дофамина, которые в последнее время получает мой мозг. Я лежу на полу, весь в поту, и стараюсь держать глаза открытыми. Когда я закрываю их, все, что я вижу, — это взорвавшуюся гранату, которая навсегда изменила нашу жизнь.
Именно Уайлдеру пришла в голову безумная идея купить старый шахтерский городок здесь, в Дымчатых горах, и перестроить его под свой собственный дом. Это будет безопасное убежище от остального мира, пока мы будем залечивать раны, нанесенные войной. Я знаю, Уайлдер винит себя в том, что произошло за границей, но он обрел немного покоя с тех пор, как поселился со своей девушкой Ари.
Хаксли и я присоединились к Уайлдеру около месяца назад, и мы втроем усердно трудились, чтобы превратить это место в оазис, о котором мы мечтали, находясь буквально в окопах вместе. К тому времени, как мы с Хаксли приехали, снос был в основном закончен, поэтому мы сосредоточились на возведении новых зданий и ремонте немногих оставшихся устойчивых строений. Это одиночная, изнурительная работа, и это именно то, что мне сейчас нужно.
Эллиот скоро присоединится к нам, и, признаюсь, я волнуюсь из-за того, как это повлияет на Уайлдера. Наш коллега- армейский рейнджер — пострадал больше всех во время нашей последней миссии. В то время как мы втроем то тут, то там попадали под осколки, Эллиоту едва не оторвало ногу и он чуть не истек кровью.
Уайлдер с того дня испытывает огромное чувство вины, но это была не его вина. Да, он был лидером, но никто из нас не предвидел внезапного нападения. Мы не знали, что идем в ловушку…
Я кряхтя поднимаюсь с деревянного пола и направляюсь в душ. Когда я включаю воду и настраиваю температуру на обжигающе горячую, я вспоминаю все те дни, когда у нас не было возможности помыться, не говоря уже о такой роскоши, как горячая вода. Несмотря на то, что мы находимся в глуши, Уайлдер позаботился о том, чтобы у нас были все современные удобства. Горячая вода, электричество, а недавно и высокоскоростной спутниковый интернет. Я могу поблагодарить Ари за это, хотя еще не сделал этого. Я не умею ладить с людьми, не говоря уже о женщинах.
В детстве я всегда был немного неуклюжим и грубоватым, и жизнь на улице в подростковом возрасте этому не способствовала. Служба в армии дала мне направление и цель, а также систему подчинения. Я не привык к этому, но это помогло мне стать тем человеком, которым я являюсь сегодня.
Зайдя в душ, я застонал, когда обжигающая вода попала на мою кожу. Ожог приятен. По крайней мере, это физическая боль, которая пройдет, в отличие от тьмы, отравившей мой разум.
Постояв несколько минут под струей, я беру флакон с гелем для душа и намыливаюсь, энергично тру кожу, как будто могу каким-то образом стереть с лица все эти дурацкие сны и воспоминания, которые все еще посещают меня.
Я думаю о проектах, которые нам нужно завершить на стройплощадке, а также о множестве проектов, к которым мы еще даже не приступали. И это все в дополнение к работе над нашими домами и строительству этого города с нуля. Я не возражаю против тяжелого труда. На самом деле, это меня вполне устраивает. Отличная тренировка, и я готов делать буквально все, что угодно, только бы не сидеть наедине со своими мыслями.
Однако, прежде чем я продолжу работу над каким-либо проектом, мне нужно выяснить, кто шныряет по рабочей площадке. На днях у меня возникло подозрение, что мы не одни. Это внутреннее ощущение, нечто грубое и неоспоримое, от которого у меня волосы на затылке встали дыбом. Я не люблю, когда за мной наблюдают. Еще меньше я люблю сюрпризы.
На следующий день я обнаружил пару изящных отпечатков обуви, слишком маленьких, чтобы принадлежать мне, Уайлдеру или Хаксли. Их женщины обычно не заходят на объект, если им не нужно что-то конкретное, и, насколько я знаю, прошло много времени с тех пор, как кто-то из них был там в последний раз. Следовательно, это незваный гость.
Я не уверен, что буду делать, когда поймаю этого маленького негодяя, но, по моим понятиям, незаконное проникновение на чужую территорию — серьезное правонарушение. Особенно здесь, в горах. За то короткое время, что нахожусь здесь, я понял, что жители гор — люди территориальные. Мне подходит.