И, так же мысленно, добавила: «Пожалуй, мне надо держать ухо востро и обязательно проконсультироваться с грамотным юристом. Только где же его найти, чтобы об этом не узнал дедушка и юрист был на самом деле профессионалом? Ладно, разберусь по ходу пьесы».

Выставив из головы всё лишнее, она переключилась на Левина, внимательно слушая, что он говорит и параллельно наблюдая за выражением его лица.

— Теперь моя выгода: как я уже говорил, мне нужен контроль над холдингом, — Олег отхлебнул из чашки и скривился — кофе совсем остыл. — Сразу после свадьбы сделаешь на меня генеральную доверенность, мои позиции в Совете директоров станут прочнее и я смогу влиять на политику компании и принимать решения, не оглядываясь на остальных. Николай собрал в Совет сплошных консерваторов, которые любую идею, любой, даже самый мизерный риск и каждый шаг в сторону режут на корню. Не понимают, идиоты, что бизнес должен развиваться, что каждый год, каждый месяц находится что-то новое, передовое и перспективное. И если всё время перестраховываться, то очень скоро все лакомые тренды получат компании с более продвинутым руководителями. А для Техногрупп останутся только объедки.

— С выгодами более-менее понятно, — кивнула Лиза. — Но вы сказали, что у вас есть любимая женщина.

— Да, и тебя это совершенно не касается, — подобрался Левин.

— Ещё как касается, ведь именно мне придётся перед всеми изображать счастливую жену, — парировала Лиза. — Не хотелось бы ловить сочувствующие или насмешливые взгляды общих знакомых, которые будут знать, в чьей постели вы проводите ночи.

— Я и раньше не афишировал свои отношения с Кариной, и планирую так поступать до нашего развода, — резал по живому, но его слова задевали только её гордость, сердце оставалось холодным. — Мне не нужна слава неверного супруга.

— А что ваша… Карина? Она согласна уйти в тень и ждать у моря погоды? В смысле, три года обещанного? К слову, на какой срок мы заключим этот договор?

— Врачи дают Николаю Романовичу максимум шесть месяцев. Для верности увеличим отпущенное ему время вдвое. У меня есть доверенный юрист, он составит контракт сроком на один год, с правом досрочного расторжения, но только по моей инициативе. Думаю, не нужно объяснять — почему только по моей. Затем мы сыграем красивую свадьбу, съездим в путешествие и дальше заживём каждый своей жизнью, но под одной крышей.

— Под одной крышей? — эхом повторила Лиза.

— Разумеется, после свадьбы ты переедешь в мой дом! Но он довольно большой, у нас будут раздельные спальни и мы можем неделями даже не встречаться, — раздражённо бросил Олег. — Я не собираюсь тебя запирать или как-то ограничивать твои передвижения, интересы, круг общения. Единственное, что категорически неприемлемо — флирт с мужчинами и связи на стороне.

— К себе вы предъявляете те же требования? Или собираетесь ни в чём себе не отказывать, прикрываясь мужскими потребностями?

— У меня нормальная ориентация, поэтому флирт с мужчинами для меня априори невозможен, — Левин усмехнулся, — Но я понял твой посыл. Да, жить год монахом я не собираюсь, для мужских потребностей у меня есть Карина. Она умная женщина, понимает, что поставлено на кон, умеет ждать и не доставит проблем. Эта часть моей жизни никак тебя не касается, и разумеется, я не допущу, чтобы мои встречи с Кариной стали достоянием гласности. Я ответил на все вопросы?

— В принципе, да.

— Тогда идём, я отвезу тебя домой.

Лиза дёрнулась, и Олег, усмехнувшись, пояснил:

— К вам домой, Елизавета.

— Меня ждёт машина, я могу доехать сама…

— Пока мы вместе, пусть и фиктивно, забудь о «я сама». Я отвезу. А завтра будь готова к семи вечера — мы с тобой поужинаем в «Савой».

И пока она искала слова для возражения, Левин припечатал:

— Пора всем узнать, что мы жених и невеста.

Лиза отчётливо поняла — всё давно за неё решено. И прежде чем отрезать, она должна взвесить и отмерить: а стоит ли дёргаться? Дедушка ничего не будет делать себе во вред, и раз он доверил холдинг Левину, значит, тот по-настоящему этого заслуживает.

А потом поймала себя на мысли, что будь потенциальный супруг с ней помягче и свободен, она могла бы в него влюбиться.

Было в Олеге что-то такое этакое… Притягательное, даже несмотря на его неприступный вид и циничное отношение к женщинам.

И ведь красавцем не назовёшь, да и отношений никаких, кроме фиктивных, он ей не предлагал, но почему-то её мысли упорно продолжали крутиться вокруг него!

И одним из интересовавших её вопросов была личность любимой женщины, как Левин обозначил свою будущую вторую жену.

Или уже настоящую и первую?

Пусть под венец он поведёт Елизавету, но именно Карину Олег Дмитриевич называет любимой, и именно с ней собирается расписаться сразу, как отпадёт нужда в фальшивом браке с наследницей Николая Рузанова.

«Интересно было бы на неё взглянуть. Почему она согласилась на жизнь в тени? Ну какая женщина добровольно отдаст любимого другой, пусть этот брак изначально фальшивый? К слову, если верить книгам, то в жизни сплошь и рядом настоящие отношения превращаются в искусственные, а временные — в постоянные…»