— Они получили инструкции. — Словно прочитав мысли, тихо сказал Грегораст. — Что твой отдых должен быть незабываемым, и обслуживать тебя должны также, как меня, Иву, и всех прочих. Если кто-то из персонала не будет выказывать необходимого почтения, его уволят. Так что… не думай о плохом. Ты — наш персональный гость, отношение к тебе будет соответствующее.

Дэлл неловко кивнула. Перед лицом разъехались белые створки огромного зеркального лифта с желтым ковролином и серебристыми горизонтальными поручнями.

— А где остальные? Мы должны были выехать в одно время, а их до сих пор нет. — Девушка чуть сдвинула брови.

— Может, у нас самый быстрый водитель? — Лукаво ответил Макс. — Кстати. Хочешь покататься по городу после заката? Вдвоем. У меня есть несколько автомобилей здесь, в Майами, думаю, они, наконец, пригодятся. Покажу тебе город, как и обещал. Я люблю кататься ночью, против ветра.

— Так мы же итак идем на пляж. Остальные точно нас потеряют, мне кажется, в отношении них это… как-то не очень. — Дэлл все сильнее хмурилась.

— Как я уже сказал, они будут отдыхать после перелета. Встретимся с ними завтра поутру. Скажу, что тебе нужна была небольшая экскурсия. — Грегораст напрягался. Все итак шло максимально не по плану.

Мало того, что она свалила на него флирт, хотя должно было быть с точностью до наоборот, так теперь еще и норовит слиться с приглашений. Молодой человек ощущал слабое раздражение, напряжение, и… легкий запал, хотя тут же себя смирял. Все не совсем провально. Девушка, хотя бы, заинтересована в роскошной жизни. И, вроде бы, немного в нем. На этом можно было выстроить хоть какое-то сносное шоу.

Двери лифта бесшумно раскрылись на одном из верхних этажей. Двое вышли в светлый, широкий коридор, с белыми обоями в серый барочный рисунок, в конце которого виднелась широкая стеклянная мансарда с растениями и столиками. Здесь было всего десять белых дверей на приличном расстоянии друг от друга, между ними на стенах висели масляные картины — пейзажи Майами. Кое-где стояли высокие экзотические фикусы в керамических напольных горшках.

— Твой номер — двенадцать ноль восемь. — С улыбкой сказал Грегораст. Электронный ключ висел на ручке двери. Правда, почему-то, только на этом номере. Другие ручки были пусты.

Дэлл неловко его взяла, затаив дыхание, затем приложила к магнитному кругу чуть ниже. Послышался тихий щелчок.

— Проходи, располагайся. — Продолжил Макс. — Я зайду к тебе в течении двадцати минут, как только привезут купальники. Буду… жать. — Зрачки странно сверкнули при свете южного солнца.

— Ладно, договорились. — Аронст завороженно, нервно кивнула, хотя кожа покрывалась заметными мурашками. Через пару мгновений она растворилась за дверью.

Парень облегченно выдохнул, прислонившись лбом к прохладной стене. «Ни черта не будет просто» — процедил он сквозь зубы.

«Она выбрала меня, ладно, хер с ним, может и к лучшему. Стэн бы её не вывез. Вот это… нежелание что-либо делать для того, чтобы сойтись со звездой, апатичность, и это: „флиртуй сам“. Она это мне сказала? Мне? Будь это реальность, а не постановка, любой, знающий себе цену человек с деньгами просто развернулся бы и ушел, забыв про нее через пару часов. Ладно. Начало положено. Привыкнет — будет меньше борзеть. Я на это надеюсь. За то, ставить её на место будет довольно приятно» — проносилось в голове. Молодой человек прикрыл глаза и пошел к своему номеру.

У мужчин с достатком, зачастую, настолько огромный выбор, что они не утруждают себя ухаживаниями. Женский спрос на них столь высок, что они просто выбирают из десятков, сотен красивых заинтересованных лиц самое привлекательное. Девушки им игриво улыбаются, они их развлекают, а потом… делают им приятно. В том смысле, в котором захочет человек с толстым кошельком. Ухаживание — трата времени и сил, им это не интересно. А если их внимание падает на какой-то популярный объект, актрису, или певицу, то они просто этот объект… покупают. Дают симпатичной известной красавице столько, что она не может отказаться. У всего, считали они, есть своя цена. И в чем-то были правы.

Дэлл, затаив дыхание, вошла в номер. От панорамных окон лениво покачивались тяжелые желтые блекаут шторы, а за ними прозрачные нежные гардины с такой же прозрачной вышивкой из мелких цветов. Из-за солнечных бликов поблескивал коричневый лаковый паркет, на котором в самом центре комнаты лежал квадратный мягкий коврик цвета морской волны, на нем стояли два мягких, круглых желтых кожаных кресла и небольшой журнальный столик.

Возле стены с обоями в желто-бирюзовый лист стояла огромная двухметровая кровать с белым кожаным изголовьем, возле него лежали две небольшие желтые подушечки. По обеим сторонам от этой кровати пылились стеклянные прикроватные столики, на одном из которых был стационарный телефон для вызова персонала, а на другом — круглый белый торшер и несколько журналов. Только один, ведь номер… одноместный.