Шрифт:
Теперь местные дамы, насмотревшись всей этой хорошо скрытой наготы, готовят свои костюмы, на каждый выход!
А участницы конкурса – так и вовсе создали закрытый чат, куда даже мне нет хода!
Аратанцы оттанцовывают свое, делусцы – бряцают своим, минмаатарцы грациозно изгибаются, уходя от всех уколов.
Кошаки потребовали амнистии на весь срок проведения конкурсов…
Звезды всемогущие, это хорошо, что все «недовольные» мирно сопят по крикапсулам, а то еще бы и они чего-нибудь потребовали!
Дав кошакам амнистию, скинул старпому несколько тем для капустника, сразу в стихотворной форме – а что, между прочим, когда-то я стихи очень и не плохо писал!
Через минуту, соавторов в капустнике стало пятеро, а мне открылся доступ ко всему сценарию!
Прочитав первые строки – схватился за голову и потребовал зайти всех соавторов, лично…
Потом прочитал дальше и махнул рукой, отменяя приказ.
Звезды с ними, если хотят яркого, фееричного и эротичного шоу – я лучше пойду в лабораторию и поработаю над газом, который всю эту толпу усмирит!
По дороге, наткнулся еще на одну тему, прижался спиной к стене и сделал крохотную сценку, на трех исполнителей и пару минут зрительского времени, как раз годящуюся для перебивки.
Скинув Нейстру готовый сценарий на одобрение, получил в ответ, что «такую порнуху вставлять в легкий капустник совет сценаристов капустника строжайше запрещает»!
Ну и фиг с вами, жлобами!
Придя в лабораторию, добавил в сценарий 4-е действующее лицо и выложил в свободный доступ, с припиской «отдам в добрые, вкусные руки».
Через минуту сценарий исчез, а меня пригласили на роль…
Пришлось отказаться, хотя и было очень лестно.
Проверив, как дела двигаются у Габби, выпустил на волю кошаков, честно предупредив, что кто не будет принимать участия в конкурсах, тотбудет возвращен в медкапсулу, на «дозревание нейросетей».
Не поверите, через минуту все нашли занятие по душе!
Эх, с таким бы рвением, да к знаниям!
Глава 18
– Финальный капустник начнется сразу после выхода линкора из прыжка и проведения скан работ! – Объявила Зои, крутясь рядом с Ильманлаином в тонком, коротком платьишке с красными-красными розами по подолу. – А сразу после прыжка – начнется финальный конкурс красоты!
– И напоминаем! – Аграф все еще краснел до корней волос, до сих пор не привыкнув к роли ведущего этого глобального бедлама. – Что только прямое голосование считается законным! Ставки, сделанные на победителя у неофициальных дилеров, налогом не облагаются, но караются…
Я вздохнул.
Идея Зои отыграла на 1000%!
Правда, не обошлось без расставаний, измен и громких скандалов, особенно среди тех орлов и орлиц, что в одночасье стали актерами, но, по сути своей, народ действительно выдохнул и стал чаще улыбаться.
А двое ведущих – Зои и Ильманлаин, которые все это время выходили « в эфир» и устраивали блиц-набеги то на гримерки, то на авторов, как-то стремительно превратились в любимцев.
Так что теперь внешняя рубашка искина и есть один здоровенный кристалл-накопитель бахионь!
Мой «порнографический» капустник собрал 79% одобрения и пришлось делать «вторую серию», теперь уже на семь человек, то есть пятерых человек и двух котов.
Все наработки эта семерка проводит за плотно закрытыми дверями, выходит оттуда с кирпичными покер-фейсами, а Зои отказывается колоться, что же там творится.
Правда, одну фразу теперь Зои частенько повторяет, глядя на меня.
«Жениться тебе надо, барин!»
«На Пати Као ставка 11 к 3» - О, дилеры оживились, спам посыпался!
Я заблокировал дилера и вытянул ноги, устраиваясь в пилот-ложементе с удобствами и готовясь к выходу.
В этот раз выходим мы в знакомой системе, так что пока народ будет веселиться, автоматика свяжется с нашими бакенами, разнюхает обстановку, а я доведу линкор до газового гиганта и активирую завод, пополняя топливо, благо что это все не требует присутствия экипажа, а от бесконечного праздника жизни я уже, как-то слегка устал…
Я, конечно, люблю веселиться, но на последнем конкурсе я проиграл и пришлось исполнять фант – петь песню своей планеты.
Каюсь, спеть «Ду хаст» было идиотской идеей, причем дважды – первый раз за исполнение на немецком, а второй за сорванный рыком голос…
Народ, к «Рамштайну» не привычный, сперва офигел, но теперь стиль тяжелого металла пошел в моду и…
В общем, я больше не пою, чтобы не казаться совсем уж безголосой бездарью…
«3,2,1 – ВЫХОД!»
Линкор вынырнул и сразу окутался маскировочными полями, уходя влево-вниз с линии огня, если таковая в этой системе найдется.