Ну да мне пофиг.

Сбросив вниз страховку, закрыл глаза и начал спуск по памяти.

– Господин Махаон… - Инструктор китаец, наконец-то разглядев, что огнем на бандане нарисован махаон, замер со склоненной головой. – Это великая честь – работать рядом с вами и великая радость, увидеть, что вы живы и не забыли горы!

– Беспримерно горд работать с профессионалами. – Я ответил на поклон и пошел к своим, уже утрамбовывающимся в автобус.

– Судя по взглядам, нашим инструкторам есть чему у вас поучиться… - Мадам внезапно оказалась сидящей в соседнем кресле, вместо Наташки, которой теперь придется сидеть рядом, с так и не проснувшейся, Ольвин.

– О, нет. Эти ребята очень хороши.

– Тем не менее, они вас дважды едва не уронили… - Мадам взяла меня за руку и развернула окровавленную ладонь к свету. – Рану надо обработать.

Короткий жест, одно слово, щелчок пальцев и вот уже в руках мадам появилась маленькая белая коробочка с красными иероглифами и дублирующей надписью на английском языке.

«Аптечка первой помощи офицера НОАК»

У мадам очень серьезные связи, надо сказать.

За то, что она так открыто пользуется офицерской аптечкой, любого другого по головке не погладят.

Точнее – оторвут, нахрен, голову.

Просто потому что стоимость такой апетчки – 700 евро, с завода. А на черном рынке – доходит до полутора тысяч, в зависимости от «свежести».

Благодаря такой аптечки я не только выжил, но и удалось спасти руку…

Эту самую, левую, которой мадам сейчас так нежно и легко касается, что, сдается мне, Наташкино шипение слышно на весь автобус!

А, нет, это фальшкожа…

Маленький пульверизатор равномерно нанес раствор коллагеноподобного вещества, за десяток секунд закрывшего порез и спрятавшего рану под непрозрачно-коричневатой, пленкой.

– Все… Теперь не опасно. – Мадам протянула аптечку в воздух и две девичьих руки приняли ее и растворились в полумраке. – Вам говорили, что у вас удивительная линия жизни?

– Мне часто говорят, что ее у меня просто нет! – Рассмеялся я, вспоминая китаянку, которая вместо массажа изучала мои руки под лупой почти час, а потом выгнала под дождь и сказала, что с детьми демонов дел не ведет!

– Странный туман… - Громкий и слегка напуганный голос Костана заставил мадам поморщиться. – Он что, реально за нами гонится?!

Народ, услышавший от здравомыслящего переводчика подобные речи, кинулся посмотреть, что же там, за нашей спиной творится.

– Вам лучше не смотреть… - Мадам улыбнулась и в следующую секунду громко бздынькнуло заднее стекло и в салон полился ужасно знакомый туман, удушливый, вонький, серый, страшный…

… В себя пришел…

Да фиг его знает, когда пришел, если честно.

Пришел в себя в автобусе, явно лежащем на боку, среди вывалившихся вещей и с Наташкой, сопящей у меня на плече.

Растолкав ее, занялся остальными.

Ну, как занялся…

Попытался понять, где они все подевались?

Ни крови, ни следов обуви.

Просто тишина, да серый клубочек тумана медленно съезжает с вершины горы.

Прикинув траекторию, вернулся в автобус и принялся быстро паковать шмотки, поторапливая Наташку, которая, словно специально, тупила и тормозила.

Сперва в шутку, но потом уже и всерьез, разругавшись в пух и прах, по концовке, поставил даму перед выбором – или она мужественно остается ждать спасателей, в которых я не верил, либо берет ноги в руки топает за мной.

Наташа выбрала поиграть в ждуна, а я…

Подхватил свой рюкзачок и поднялся по откосу на дорогу, поправил лямки и включил третью скорость, благо, что дорога под уклон, что ноги длинные, а вместо надвигающихся сумерек – явно ранее утро!

Чертово облачко, если верить собственным глазам, явно устроило гонку за мной!

Гм…

С одной стороны, это должно отвлечь облако от Наташки, а с другой…