Лера осталась сторожить снаружи, я же, оказавшись под брезентом, практически упёрся в клетку носом.

Здесь было совершенно темно. Тусклый свет от уличного освещения практически не проникал под толстую ткань. Но в клетке определённо кто-то был, я слышал тяжёлое и прерывистое дыхание.

— Кто здесь? — спросил я.

— А? — раздалось удивлённое из темноты. Голос говорившего был очень измождённый.

— Я друг, — сказал я, — и хочу помочь. Как тебя зовут?

— Я тебя не вижу… — голос говорившего казался мне смутно знакомым. Это был мужчина, но, похоже, что ему крепко досталось. Не удивлюсь, если эти сволочи его пытали.

— Я тебя тоже, — сказал я, — как ты?

— Мне кажется, я знаю твой голос, — сказал пленник, и внутри клетки что-то звякнуло. Судя по всему, он там был ещё и цепями прикован.

— Меня зовут Алик, — сказал я, — а тебя?

— Алик? — голос очень удивился, — Алик погиб!

— Но не до конца, — грустно улыбнулся я, — так как тебя зовут?

— Ты, правда, Алик? — говоривший проигнорировал мой вопрос, — я тебе не верю! Это всё ваши новые уловки, чтобы заставить меня говорить!

Я, к сожалению, так и не вспомнил, как создавать светочи. Молнии извергать научился, а светочи нет! Это было, конечно, упущение! А всё Амина, со своей секретностью: ты всё вспомнишь, ты всё вспомнишь, а сама взяла и ушла!

— Ты можешь сделать светоч? — спросил я.

— Нет! — ответил голос, — вы же выкачали из меня всю ману!

Похоже, пленник, чем дальше, тем больше утверждался в мысли, что я один из чёрных, просто прикидываюсь старым другом, чтобы войти в доверие и выведать что-нибудь важное.

Просить у Леры создать светоч не хотелось, да и снаружи кто-то должен дежурить на всякий случай.

— У меня проблема со светочами, — сказал я, — сейчас я сделаю молнию, но она не против тебя, я пошлю её в сторону. Может быть, мы успеем увидеть друг друга.

Пленник ничего не ответил.

Я постарался создать не очень сильный разряд, но в замкнутом пространстве всё равно сверкнуло ослепительно ярко, так, что я ничего разглядеть не смог, а вместо этого поймал «зайчиков».

Пленник закашлялся. Наверное, это был смех, который просто лучше у него не получался сейчас.

— Ладно! — сказал я, немного раздражаясь, потому что ситуация споткнулась на ровном месте. Пленник на расстоянии пары метров, я, скорее всего, его хорошо знаю, но из-за невозможности создать светоч вынужден терять время, рискуя, что нас обнаружат.

Я вытянул вперёд руку, открытой ладонью вверх и сказал про себя: «Светоч!». Не знаю, показалось мне или нет, но над ладонью как будто что-то тускло сверкнуло.

Я точно знал, что умею их создавать, нужно было только вспомнить как, и я надеялся, что если попытаюсь, навык сработает автоматически. Я закрыл глаза и попробовал ещё раз. При этом поймал себя на мысли, что морщу лоб, и успел подумать, что это мне вряд ли поможет.

Удивлённый выдох пленника заставил меня открыть глаза. Над моей ладонью плясал небольшой тусклый шарик! Ну, хоть что-то! Я, правда, не очень понял, как это у меня получилось… но получилось же, а значит, я смогу этот навык полностью восстановить, только нужно будет потренироваться.

— Алик, это правда ты? Или ты не Алик, а просто нацепил его образ? — проговорил пленник.

Я прищурился, чтобы свет не мешал мне смотреть. В центре клетки на полу лежал здоровяк, прикованный четырьмя цепями. Его почти растянули в стороны, оставив небольшой свободный ход цепей, чтобы он мог минимально двигаться. Но сесть он, хоть и с трудом, отведя руки назад, всё же мог.

Далось ему это нелегко, но он сумел подняться и более-менее устойчиво усесться.

Я, наконец, разглядел его лицо, и, на этот раз вполне ожидаемо, затылок прострелило резкой болью. Я готовился к этому и свободной рукой заранее вцепился в решётку, чтобы не упасть.

На ногах я устоял, но вот лбом о железный уголок, из которых эта клетка была сварена, приложился очень хорошо, когда меня повело.

— Боря! — проговорил я, чувствуя, как по лбу начинает течь струйка крови.

— Алик! — расплылся в вымученной улыбке бугай. Улыбаться ему было тяжело, потому что он был в очень плохой форме, — ты как здесь?

— Хочу тебя вытащить! — сказал я, оглядывая толстую клетку.

Светоч мне удалось удержать в руке во время приступа. Я боялся его потерять, потому что не был уверен, что смогу прямо сейчас соорудить новый.

Я вспомнил Борю, но, как и всех, кого я вспоминал до него, только фрагментарно, урывками, без контекста. Но пока что и этого было достаточно. Главное, что это был мой друг, который нуждался в помощи. Впрочем, не только он в моей, я в нём тоже очень нуждался, ведь он был ниточкой к прошлой жизни… да даже не ниточкой, а проводником, который наверняка мне всё расскажет. А учитывая, что процесс воспоминаний этой ночью заметно ускорился, можно было ожидать прорыва!

Только вот перед этим нужно как-то освободить Борю от цепей, извлечь из клетки и увести отсюда подальше.