— Даже не взглянешь на меня?
– произнес я, уже не выдерживая игнор в свой адрес.

Садия посмотрела на меня через зеркало. Ее милое лицо выглядело таким грустным, что меня это встревожило.

— Зачем ты позвал мою сестру в свой кабинет?
– прямо спросила она.

Я видел, как ее глаза горели от гнева. Моя девочка злилась.

— Ревнуешь меня к родной сестре?
– произнес я, коснувшись ее нежной шеи.

— Ты не ответишь на вопрос?

Я нежно провел рукой вниз по ее ключицам, к груди.

Девушка встала, откинув мои руки от себя. Ее дерзость меня заводила, как и в самом начале нашего знакомства.

— Есть вещи, которые тебе не стоит знать.

Садия стояла напротив меня, обиженная и злая.

— Ты хотя бы что нибудь будешь мне говорить? Или мне всю жизнь прожить в раздумьях, ни о чем не зная?

— Садия.

Я нежно взял ее за талию и потянул на себя. Она словно кукла оказалась в моих руках, касаясь своими нежными ладонями моей груди.

— Что Садия? Что? Я устала от такого отношения. Мне хочется хотя бы знать, что вокруг происходит. Живу так, словно не имею никакого значения для тебя.

— Глупая моя.

Я накрыл ее дрожащие губы своими. Начал страстно и медленно целовать ее, заставляя ее тело тонуть в моих руках. Она небрежно отвечала на мой поцелуй, сжимая мою рубашку в своих маленьких ладонях.

27 глава

Губы Асада продолжали искушать меня и доводить до безумия. Его руки медленно прошлись по моему телу, обжигая своим теплом.

— Я обещаю, что скоро все тебе расскажу.
– прошептал он, отразившись от моих губ.

— Скоро? И сколько мне ждать?

Он снова накрыл мои губы своими. Мы оказались в постели. Мужчина навис сверху, а его руки продолжали ласкать мое тело, избавляясь от халата.

— Обещаю, что ждать тебе придется не долго.

Стянув с моего тела халат, он бросил его на пол. Асад прильнул к моей груди, оставляя на нем дорожки поцелуев прокрался к шее.

— Ты заставляешь меня переживать, Асад. Ты ведь понимаешь, что я волнуюсь и не могу даже нормально уснуть.

Сняв с себя рубашку, он бросил ее тоже на пол. Его тело было настолько идеальным, что мои руки с большим удовольствием прошлись по его мышцам.

— Не переживай, девочка моя, все будет хорошо. И больше никто не посмеет влезть в нашу жизнь.

Он опустил лямки моего пеньюара, оголив полностью грудь. Асад коснулся губами между моей кожи, и оставил на ней засос. Его рука оказалась между моими ногами, нежно касаясь интимного места и заводя мое тело ещё сильнее. Я выгнулась от волны возбуждения, заметив томный взгляд Асада я улыбнулась.

— Какая же ты у меня сладкая, Садия.
– прошептал он, коснувшись губами моей груди.

Я невольно застонала, не выдерживая таких сладких мучений. Мужчина спустил брюки и резко вошёл в мое возбужденное тело. Я схватилась руками за его плечи. Он начал делать толчки, с каждым разом всё сильнее и быстрее, войдя в самую глубь и этим заставляя мое тело пылать от наслаждения. Асад уткнулся головой в мою грудь, его руки охватили мою талию, сильнее прижимая мое тело к себе.

Мои стоны оглушили всю комнату, как бы я не старалась быть тише - у меня не получилось.

Мужчина поймал мои губы и снова накрыл их своими, продолжая входить в мое тело.

— Моя девочка. Умница.
– прошептал он мне прямо в губы.

Но я не могла ничего произнести. Каждый, когда открывала рот, то из него выходили лишь стоны и крики наслаждения.

Закончив, Асад накрыл нас простыней. Я лежала рядом с ним, положив ладонь на его грудь. Прижавшись к его оголённому телу, словно маленький и беззащитный котёнок.

— Садия, прости меня.
– неожиданно произнес он.

Я вопросительно посмотрела на него, не понимая ничего.

— Зачем ты просишь прощения?

— За то, что мне приходится скрывать от тебя некоторые вещи. Моя совесть пожирает меня изнутри. Мне даже стыдно смотреть тебе в глаза. Но я вынужден молчать, чтобы не подвергать тебя ещё большей опасности.

Я ничего не ответила. Задумалась над его словами.

Следующим утром Асад уехал рано. Когда я проснулась, его уже не было. И так было почти всегда, что меня очень расстраивало. Когда я не видела его по утрам, то мой день почему-то проходил ужасно.

В комнату вошла Алия. Сестра была счастлива в браке и никак не пыталась этого скрыть. Мне иногда казалось, что она вышла за Мансура по любви, а не родители насильно ее заставили. Конечно же, я была рада за нее.

— Как твое самочувствие, Садия?
– она села рядом со мной.

— Все хорошо, спасибо. Сама как?

— Прекрасно. Сегодня с Мансуром уезжает в пригород, на дачу. Хотим отдохнуть вдали от чужих глаз. Он такой милый, выполняет все мои прихоти. А как у вас с Асадом? Он тебя не обижает?