Алии нигде не было, как и Мансура. Видимо, зная реакцию моей сестры, ее муж решил увезти её куда-то подальше.

— Я убью Алима.
– с ненавистью произнес Асад.

— Не надо!
– я вбежала в гостиную.

Направилась к Асаду и взяла его за руку.

— Я поговорю с братом, только не надо его убивать, пожалуйста.

— Ты только посмотри на эту девицу! Продолжает защищать своего непутёвого брата!
– закричала мама Асада.

— Мой брат поступил так из-за меня и сестры. Мы постараемся убедить его и вернуть Луину.
– все также стояла я на своем.

— Бред, хватит! Уйди с моих глаз, мерзавка!
– закричала мама Асада, пытаясь подойти ко мне.

Асад закрыл меня своей спиной, не подпуская свою маму.

— Только попробуй к ней прикоснуться, мама. Я не позволю тебе унижать мою жену и так открыто ее оскорблять. Не забывай, что она моя честь. Задев ее, ты заденешь и меня. А если ты меня заденешь, то я поступлю с тобой также.

Голос Асада звучал очень уверенно и с угрозой. Даже мне стало не по себе от его тона.

— Продолжай ее защищать! Продолжай! А когда завтра привезут тело твоей сестры, то ты заговоришь по другому, Асад!

— С моей сестрой ничего не случится. Хватит нести бред и навязывать себе всякую чушь. Я найду Алима и разберусь с ним.

Асад взял меня за локоть и повел в комнату. Я заметила взгляд Самиры, который прожигал меня дотла. И что это значит? Почему она смотрела на меня с такой ненавистью?

Сначала Асад толкнул меня в комнату, затем вошёл сам.

— Сейчас ты позвонишь своему брату и скажешь, чтобы он вернул мою сестру. Ты меня поняла?

— Хорошо.

Асад набрал нужный номер и протянул мне телефон. Долгие гудки и, наконец-то, раздался голос брата.

— Слушаю.

— Алим!

— Садия?

— Алим, пожалуйста, верни Луину. Не подвергай опасности ни себя, ни нас. Прошу тебя.
– с мольбой произнесла я.

— Зачем я должен возвращать ее? Они вернули мне вас? Я предупреждал Асада, и Мансура предупреждал. Но они не послушали меня. Какой теперь смысл мне слушать их? На мои слова забили, так и я забью на их.

Асад резко схватил у меня телефон.

— Слышишь, я убью тебя?! Верни Луину сегодня же, прямо сейчас. Иначе я найду тебя и убью.

— Мне не жаль себя. Но думаю, что мои сестры потом возненавидят тебя. Ты же так сильно влюблен в Садию. Как думаешь, моя сестра простит тебе мою смерть?

— Урод! Верни Луину!
– ещё громче закричал он.

— Жди мести, Асад Гасанов. Потому что я уже начал мстить. Это ещё цветочки, будет ещё хуже. Ты даже спать по ночам будешь бояться.

После этого брат сбросил трубку. Асад бросил телефон в стену и тут же повернулся ко мне, схватив за плечи притянул к себе.

— Я ненавижу твоего брата, Садия!

— А что я сделаю? Мой брат пытается вернуть нас. Если бы вы изначально договорились и помирились, то сейчас бы всего этого не было.

— Садия, я схожу с ума. Понимаешь? Я с ума схожу!

Он кричал очень громко, заставляя меня дрожать. А если Асад реально убьет Алима? Брат очень упрямый и он не остановится. А Асад очень жестокий и не оставит моего брата в живых.

Я поднялась на носочки и коснулась губами его губ. Асад жадно ответил на поцелуй, прижав мое хрупкое тело к себе, больно сжимая мою талию.

Мне хотелось просто успокоить его лёгкий поцелуев, но он углубил его, ворвавшись внутрь и играясь с моим языком.

Мужчина схватил меня за ягодицы и приподнял, прижал к стене и продолжил терзать мои губы, стягивая с меня футболку.

Я не понимала, откуда я взяла такую смелость, чтобы первой поцеловать его, настоящего убийцу и тирана. Но его касания заставляли мое тело гореть, пылать от удовольствия и отвечать на каждое его прикосновение.

Асад сжимал мою грудь, опустившись к шее и кусая мою кожу. Он целовал меня, кусал, сжимал, делал все, что ему хотелось. И я не сопротивлялась. Быть может, если он таким образом успокоится, то станет добрее и сможет меня выслушать? Оставить брата в живых, ради меня? Если он хотя бы немного меня любит, как утверждал Алим.

— Садия, я сейчас сорвусь и сделаю это.
– прошептал он, наконец-то оторвавшись от моей шеи.

Я молчала, жадно вдыхая воздух и глядя ему прямо в глаза. Асад снова припал к моему телу, но на этот раз он опустился ниже, к груди. Стянул с меня бюстгальтер, сжал рукой одну грудь, играя с соском, а другую целовать, слегка прикусывая и стягивая кожу. Я невольно застонала, извиваясь в его руках. Он держал меня словно куклу.

— Я не могу больше.
– оторвавшись от груди, прошептал он.