— Почему я сбежал оттуда, где была стража?

— Потому что ты торопился, — объяснил Белобог, словно ребенку, очевидную для него вещь, — Через главные врата проще всего добраться до замка, собственно, поэтому мне пришлось знакомиться со стражами и ждать тебя там. А через тот проход можно быстро дойти до вечного пламени. Тебе ведь сначала нужно туда?

— Выходит, что так, — сказал Сварог, где-то в глубине сознания понимая, что это не вопрос.

— Ну, а про давление Межмирья не переживай. Место жутковатое, но милостивое: до смерти тебя морить не будет. Если ты не справишься с его капризами, оно само тебя направит туда, куда стремиться твоя душа, и ты вернешься к вратам Ирия, к Ладе.

— Как направит? — спросил Сварог, чтобы не упустить момент, когда Межмирье подаст ему знак.

— А ты не заметишь. Будешь в иллюзиях бродить по просторам и очнешься, когда будешь у врат и поэтому, кстати говоря, спать нельзя тоже. Но я думаю, что ты справишься: в прошлый раз ты держался хорошо.

Ему бы его уверенность.

Белобог пообещал, что завтра придет проводить его в путь и они попрощались. Сварог вернулся в дом за Ладой. Пока он доходил до входной двери на него вдруг нахлынули воспоминания тех дней, когда Велес впервые привел его в свой дом.

Вспомнились ему и его страхи, и переживания о том, что его не примут, что изгонят не успеет он здесь и трех дней прожить. Он вспомнил первый поход в лес вместе с Велесом, как он поразился тому, что ворчливый Бог голыми руками вырвал из земли с корнями взрослую лиственницу и как ругал он Сварога за его "нетронутые трудом, бабские руки". Кузнец с улыбкой взглянул на свои ладони — теперь-то эти мозолистые чудовища никак не назвать изнеженными и мягкими. За короткое время проведенное с Велесом он научился переживать трудности трудом и удивился вдруг осознав, что все это делалось нарочно и, возможно, заранее ирийцами просчитано. Сварог обернулся у самого порога на уходящих товарищей, весело смеющихся над чем-то, что выдал Радегаст, и впервые признался себе, что ирийцы не столь просты, как кажется. Они мудры, сильны духом и совестливы. Каждый из них знал как устроено бытие и сам человек, и эти знания сделали их привычную жизнь такой, что живя по ним, они с каждым днем становились только сильнее и выносливее.

Так, стал сильнее и выносливее вместе с ними Сварог, только сам это заметил лишь сейчас.

Он вошел в дом и продолжил перебирать в душе недалекие воспоминания. На этот раз перед его глазами прошлись первые дни знакомства с Ладой. Сварог не заметил, как на его лице появилась улыбка, когда он вспомнил, как изумлялся он её красотой схожей с внешностью его покойной матушки, как радовался он каждому мигу проведенной вместе с ней, как просыпался от бреда и видел перед собой её, сидящую у его изголовья или утомленно заснувшую в неправильной позе у его ног, положив голову на кровать. В те дни он так по-детски ею восхищался, считая её стойкость и любовь к исскуству исцеления чем-то невероятным, неземным. Он помнил и то, как Лада меняла ему повязки, заботливо лечила каждый ожог на его теле, как не хотела, чтобы на нем остались следы от пожара, как неуемно просила у него разрешения избавить его от старых шрамов. Но заняться этим её волшебные ручки так и не дошли.

Он вспомнил как она призналась ему, что хранит в своем сердце Белобога, а сейчас...

А сейчас Лада стоит перед ним и смотрит на него глазами полными любви, беременная его ребенком, еле сдерживая слезы оттого, что скоро им придется расстаться.

Как же сильно он ею дорожит и как мало он для неё сделал.

Он обнял Ладу, прижав к груди, и погладил по волосам, как и всегда любил это делать. В теплых и крепких руках любимого она больше не могла прятать свои истинные чувства и зарыдала, всю свою горечь выпуская на волю, дабы хоть немного облегчить душу.

— Я вернусь, — пообещал Сварог, — Поживешь тут без меня немного, как раньше жила. — Говорить об этом гораздо проще, чем справится с этим в действительности. Жизнь Лады поделилась на "до" и "после", как только Сварог появился в ней. Он украсил её скучные будни яркими красками счастья и любви и возвращаться обратно в серый мрак было невыносимо больно. Радовало только то, что он оставил в ней частичку себя. — Подумай, как ребенка назвать. Мне, боюсь, времени на это не представится. Ты, кстати, мальчика хочешь или девочку?

Прежде, чем ответить ему, Ладе пришлось немного успокоиться, восстановить дыхание, вытереть слезы. С последним ей помог Сварог.

— Мальчика, — сказала она и подняла к нему глаза, — Чтобы был такой же смешной, сильный и заботливый, как ты.

— Хочешь себе двух Сварогов? — улыбнулся кузнец.

— Четырех!

— Жадина.

Лада рассмеялась и вновь прижалась к любимому. Она будет безумно по нему скучать, обязательно дождется и они станут жить вместе, как настоящая семья.

И все у них будет хорошо.

Глава 43. Новая Звезда.

Их милую идилию прервал кашель Велеса, который стеснялся заходить в свою кухню, где сейчас стояла пара. Они не хотя отстранились друг от друга и повернулись к своему общему другу и наставнику.

— Ну-с, тянуть с вами не будем, — начал Велес. Сварог и Лада взглянули друг на друга, не понимая, что он имеет в виду, — Подготовьтесь как следует и приходите к лугу, что у леса, сегодня к закату. Поженим вас, голубки. — на лицах влюбленных тут же нарисовалась счастливая улыбка. — Ай, заулыбались-то как, — рассмеялся он и обратился к Ладе, — Так и вижу как ты его скалкой по дворку гоняешь, оттого что он с кузницы своей снова домой не вернулся.