Кстати, я ещё так и не познакомился толком с нашим возничим, знаю только, что все зовут его Егорыч, но это ладно, успеется.

Чем заниматься до вечера нам, вопрос тоже не стоял. Конечно, это была рыбалка. В связи с объявленным «Волком» военным положением, с нами отправлялся и старшина. А Серёга оставался на хозяйстве. Нападения среди бела дня мы всерьёз не рассматривали, тем более что информация о нашем вечернем и ночном отсутствии дома, только начала распространяться.

Наш «Росинант» уже стоял под парами, и быстро загрузившись, мы отправились в путь.

Мудрить не стали, решили, как и вчера доехать до моря, а затем, вдоль берега отъехать подальше, укрывшись от внимания других рыбаков. Вот только мы не учли наш вчерашний бенефис, и не могли себе даже представить, какие он вызовет последствия.

Всё началось по пути к морю.

Эта наезженная дорога проходила между двух засеянных полей. По ней доставляли собранный урожай, и ездили к морю рыбаки. Вот на ней, на нас и устроили засаду. Уж не знаю, как они вычислили, что на этом транспорте будем ехать именно мы, но в серьёзности их намерений сомневаться не приходилось.

Сначала, мой друг ни с того, ни с сего начал угорать. Он просто весело закатился и, посмотрев наши лица, решил внести некоторые пояснения.

— Ну что, разомнёмся!?

Не встретив ответного понимания, он ткнул пальцем в защитное стекло и проорал.

— Щас всё увидите сами!

Наверное, ещё с полкилометра мы просто ехали, пока спереди на дорогу не выскочили четыре крепких мужичка, и что характерно не с пустыми руками. Метрах в дести от нашего паромобиля, на землю упало бревно, перегородив нам дальнейший путь. А среди колосьев уже созревшей пшеницы, встали туловища людей. Уж не знаю почему, но мне на память пришёл старый фильм — «Дети кукурузы», уж очень у этих ребят были суровые лица.

Олег, продолжая, веселится, задёргал разными рычажками, и мы остановились, окутанные дымом и паром. Объехать это препятствие для нас не составляло труда, но ехать по хлебному полю? Нет, на такое мы пойти не могли, только не на этой земле. Поэтому Олег вылез из-за руля, а старшина открыл дверцу с другой стороны. Мне же было впадлу двигается, и я так и остался сидеть по центру.

Вся честная рать, двинулась с полей к лежащему на земле брёвнышку, окружая моих друзей со всех сторон. В результате этого манёвра мне удалось посчитать количество заинтересованных лиц. Их было ровно шестнадцать. Первым, заговорил здоровый мужик с поразительно красной рожей. Он вышел немного вперёд и, окинув нас взглядом, произнёс, глядя на меня.

— А этот чё сидит? Зассал что ли?

Вдохновлённые столь суровым началом, его кореша заулыбались.

— Короче слушаем сюда! Вы нам здесь не нужны, но мы готовы вас не трогать и даже дадим половить, если расскажите, как поймали ту рыбину и набили столько краба.

Покачиваясь с пятки на носок, он сжимал и разжимал огромные кулаки, ожидая нашего ответа. Вообще эти ребята пришли не с пустыми руками. У большинства были дубинки, но парочка человек имела при себе сабли, а один щеголял даже револьвером, засунутым прям под ремень. Видимо, отвечать старшине было лень, и это с удовольствием исполнил Олег.

— Ладно, вы вроде мужики правильные, поэтому даём вам шанс уйти с нашего пути целыми и здоровыми, и не забудьте забрать с собой своё бревно.

— Значит, не хотите по-хорошему, тогда не обижайтесь.

Больше ничего не сказав, он тупа размахнулся, занеся за спину свой пудовый кулак, и обрушил его в лицо моему другу. Ну, по-другому, смотря на эту летящую конечность и не скажешь. Его кулак больше напоминал банку, объёмам не менее пары литров, поэтому именно— обрушил. Однако, его потуги были напрасны. Рыжий даже не стал смещаться с места, лишь слегка отклонив голову в сторону.

Обратку красномордый получил уже от нашего старшины. Коротким и резким движением он ударил его в район солнечного сплетенья. Этот коронный удар я уже когда-то видел в далёкой теперь Рязани. Тогда он прилетел в Сашку Матросова с погонялом «Зигфрид», которое он получил в первые же дни, за печатный арийский образ.

Никто ещё не успел ничего понять, как их предводитель с гулким стоном завалился на бок, раскрывая рот как та самая рыба, о которой он так мечтал. Сидеть в нашем «Росинанте» мне стало как-то не комильфо, и я выбрался наружу, встав у нагревательного бака, что заменял нам мотор.

— Суки! Мочи их братва! Гаси ублюдков! — в разнобой заорала толпа.

Раздавшийся крик, словно спустил спусковой крючок и запустил потешный триггер, просто по-другому всё это действо не назовёшь. Как и принято в таких ситуациях, вся честная братия одновременно кинулась на моих друзей. Размахивая своим дубинками, они силились нанести им разного рода увечья, вот только получалось у них не очень.

— «Порхай, как бабочка жаль, как пчела».

Выкрикивая этот лозунг великого боксёра, Олег раздавал зуботычины направо и налево, легко уходя от мелькающих дубинок. Старшина, напротив рвался в бой как бульдозер, роняя на землю подсечками и вбивая кулаки всем, кого только видел. Со стороны это действительно выглядело забавно. Такая толпа больше мешала, друг другу, чем и пользовались мои друзья, подставляя этих мужиков под дубинки своих же бойцов.