От ответа её избавило появление хозяина, который нёс в руках две небольшие цветные подушки.

– Садитесь на них, а то я не уверен, что здесь чисто после вчерашних гостей, - сказал он, раскладывая подушки на скамейке.

Аня и Егор поднялись на террасу и уселись рядом на места, которые гостеприимный хозяин приготовил для них. Сам же Кирилл Данилович расположился напротив.

– Может, чаю? – спохватился он.

– Лучше расскажите, почему Вы убили моего отца?

Только произнеся этот роковой вопрос, девушка поняла, что пути назад теперь точно нет. Она просто не имеет права отступить. Ради отца.

– Тогда нам нужно что-нибудь покрепче, - ответил Кирилл Данилович и, встав из-за стола, снова направился в дом.

– Да у тебя талант задавать тактичные вопросы, - хохотнул рядом Егор.

– Отстань, - буркнула девушка и ткнула его локтем под ребра.
– Если нечего сказать по делу, то хотя бы прекрати ржать. Раздражаешь уже.

– Это у меня нервное, - наигранно потирая ушибленный бок, ответил Егор.

– От тебя вообще никакой поддержки.

– Если что, пистолет у меня с собой. Могу достать, чтобы разговор пошел быстрее. Только скажи.

– Ты совсем рехнулся?! – возмутилась Аня, поворачиваясь к нему.

Но сосед только рассмеялся, а потом легко приобнял ее за талию.

Аня дёрнулась от неожиданности, ощутив его теплое и сильное прикосновение.

– Я просила держать дистанцию, - прошипела она, пытаясь сбросить его руку.

– Не дёргайся. Я оказываю поддержку, как могу. Ань, серьёзно, успокойся. Иначе ничего не получится. Ты хлопнешься в обморок ещё до того, как Шевченко скажет хоть слово. Может, тебе вместе с ним бахнуть рюмочку-другую?

– Ты дурак? Я не собираюсь пить в девять утра.

– Поверь моему опыту, он не станет ничего говорить, если кто-то из нас не составит ему компанию…

Не успела Аня ничего ответить, как на террасу вновь вышел хозяин дома, неся в руках бутылку с тёмно-фиолетовой жидкостью и три рюмки.

– Ну что, ребятки? Предлагаю по рюмашке, а потом уже попытаемся поговорить.

Девушка бросила быстрый взгляд на Егора. Тот в свою очередь криво усмехнулся, словно радовался своей правоте.

– Простите, но я не буду…

– А я говорю, что надо, - настойчиво перебил её Кирилл Данилович. – Иначе разговора у нас не получится.

Аня поджала губы и повернулась к Егору, бессознательно ища у него поддержки.

Тот весело подмигнул ей, на мгновение чуть крепче прижал к себе, а потом отпустил, складывая руки на столе.

– Девушке нельзя пить, - вмешался он в разговор. – Но если Вам необходима компания, то я составлю.

– Сынок, не надо делать мне одолжений, - недобро усмехнулся Кирилл Данилович. – У меня после вчерашнего голова трещит и настроение не очень, сейчас пошлю вас с вашими разговорами куда подальше и пойду спать…

Егор от раздражения скрипнул зубами, да так громко, что Аня поёжилась. Было видно, что он не любит, когда ему ставят условия. Он сам привык их ставить.

Опасаясь, что их перепалка может обернуться ссорой или того хуже, угрозой оружием, пускай и травматом, девушка поспешила вмешаться.

– Не слушайте его, Кирилл Данилович. У него всегда по утрам дрянное настроение. Он с удовольствием выпьет с Вами и сразу же подобреет.

Сосед скосил на неё недобрый взгляд, но промолчал.

– То-то же, - удовлетворённо кивнул хозяин и принялся разливать настойку по рюмкам. – Да вы не бойтесь, молодёжь. Настоечка терновая, собственного приготовления.

– Если я от неё сдохну, то это будет на твоей совести, красотка, - шепнул Егор.

– А по виду и не скажешь, что ты такой неженка, - хохотнул Шевченко и протянул ему рюмку.

Мужчины осторожно стукнулись стаканами через стол, а потом залпом опрокинули в себя настойку.

Аня с интересом наблюдала за тем, как меняется лицо соседа: он поморщился, задержал дыхание, а потом судорожно закашлял, прижимая к губам кулак.

– Твою ж мать, - сквозь стиснутые зубы выругался он, вытирая выступившие в уголках глаз слёзы.

– Может, всё-таки чаю? – подмигнул развеселившийся хозяин девушке.

Она лишь со вздохом кивнула, осознав, что согласиться с ним – это единственный выход. Так быстро и просто Кирилл Данилович сдаваться не намерен. И разговор состоится не раньше, чем он отыграет роль добродушного хозяина.

****

Костя остановил свой служебный автомобиль за посёлком, там, где его не могла увидеть ни одна живая душа или только такой же отчаявшийся и потерянный идиот, как он, который стремится спрятаться от всех на свете.