Алиса прислонилась лбом к холодному стеклу. В голове ещё звучал восторженный рев стадиона после финального свистка. А перед глазами были руки нового вратаря "Баварии" с перманентным маркером. Он подписывал Алисе мяч.

Теперь она крепко прижимала к себе трофей. Конечно, не всем фанатам так везёт. И в привилегированном положении их семьи определённо куча плюсов.

Она погладила поверхность мяча. Совсем уже не идеальную. Ведь он выдержал целый матч. Такие мячи живут совсем не долго. Особенно если используются для официальных матчей. Двенадцать пятиугольников и двадцать шестиугольников легко угадывались кончиками пальцев.

Так она и уснула, обнимая мяч с автографом.

Сон был яркий. У неё на ногах оказались босоножки на высоких каблуках. Примерно такие она видела, когда ходила с мамой на шопинг. Но чтобы носить такую прелесть, нужно вырасти.

Снилась огромная лужайка, полная людей. Праздник. Чья-то свадьба. Точно не её. На её свадьбе у неё будут совсем другие туфельки. Традиционная копилка каждой порядочной баварской девушки уже потихоньку наполняется монетками, на которые перед свадьбой принято покупать обувь невесте.

Чуть поодаль дедушка Фридрих беседует с милой пожилой дамой в шляпке и с тростью. Понятно, что говорят о ней. Но не слышно, что именно.

Слышно музыку и смех. Вокруг почему-то много военных моряков. Необыкновенно красивые в парадной форме.

А вот правую щеку будто утренним солнечным лучом нагрели. Взгляд тягуче переместился к источнику тепла. Узнавание было мгновенным. Не в черной вратарской форме с большой буквой "Т" и пятьдесят первым номером, а в прекрасно сидящем на высокой атлетической фигуре костюме герой сегодняшнего матча и автор автографа на мяче смотрел прямо на Алису.

Глава 1

Маленькому Михалу Тухольскому казалось, что всем людям на свете снятся такие же яркие и полные увлекательных деталей сны, как и ему. И даже немного расстроился, когда выяснилось, что это не так.

От дяди Адама Мицковского, папиного товарища по Варшавскому лицею для одарённых детей, юный Михал узнал, что не все люди умеют играть в шахматы. И не все в уме умножают трехзначные числа.

Адам всё это умел и научил Михала за один вечер. А когда младший Тухольский впервые обыграл компьютерного гения Мицковского в шахматы, дядя Адам прыгал от восторга.

— Михал! Какой футбол? С твоими-то способностями!

— Но футбол же похож на шахматы, — возражал Михал.

— Чем? — кричал импульсивный Адам, взъерошивая и без того беспорядочную кудрявую шевелюру, — Двадцать два оболтуса бегают по полю площадью семь тысяч сто сорок квадратных метров, пробегая в среднем одиннадцать километров.

— Двадцать, — спокойно уточнил Михал.

— Что, двадцать? — не понял его Мицковский.

— Футболистов в поле двадцать. И два голкипера. Мне больше нравится играть в нападении. Но средний рост футболистов в моем возрасте гораздо ниже моего. Поэтому меня ставят в ворота.

— Ты сейчас про среднее арифметическое говоришь? Или вы ещё не проходили?

— Нет, я про медианное значение. Не проходили. Я сам читал. У папы остались учебники.

— М-да, я не удивлюсь, если ты по старым папиным учебникам научишься пилотировать самолёт легче, чем твой отец.

— Нет, папа всё-таки летчик-инструктор. Тут книжек будет мало, — улыбнулся Михал своему старшему другу.

— Так почему ты решил, что нападающим быть интереснее? — к Адаму явно пришла какая-то светлая мысль.

— Но ведь гол забивает именно нападающий!

— Ты знаешь, я слышал про вратаря, который забил, — Адам прикрыл глаза, вспоминая, — сто тридцать один гол[1].

Михал ахнул в восхищении. У Адама вместо головы был настоящий компьютер.

— И вот у вратаря-то как раз футбол похож на шахматы. Он ставит фигуры. Он защищает ворота.

Михалу всегда было интересно со старшими. Папины школьные товарищи — компьютерный гений программист Адам Мицковский и профессор Люблинского университета Алекс Красицкий всегда разговаривали с ним, как со взрослым, обсуждая серьёзно всё что угодно. От рецептов русских блюд, которые готовила мама Михала Беата, до воззрений Стивена Хоккинга на сингулярность вселенной.

Впрочем, Михал прекрасно ладил и с ровесниками — одноклассниками и партнёрами по футбольной команде. И обожал младшую сестру Марийку. У них было чуть больше года разницы.

В футбол он впервые играл с отцом. Потом к ним присоединился Владик Зимовский с папой. Сложно было объяснить посторонним людям, кто они друг другу. Сами мальчики дружно решили, что братья. И всегда держались этой версии. Владик играл в обороне и не желал переходить в нападение.

— Зимовский-младший будет или адвокатом, или дипломатом, — комментировал эту ситуацию отец Михала Роберт Тухольский.