Глава 1
Глава 1
Сознание возвращалось рывком, словно меня выдернули из темной, ледяной воды. Первым было ощущение камня, на котором я лежу. Я лежал на том же алтарном столе в центре Зала Усмирения. В голове гудело, во рту стоял отвратительный привкус.
Я попытался сесть, но тяжесть во всем теле не позволила даже приподнять голову. Я попробовал пошевелить руками и ногами, и только тогда понял, насколько все изменилось. Кожаные ремни исчезли. Вместо них мои запястья, лодыжки и грудь были опутаны тяжелыми, толстыми цепями, уходящими прямо в пазы на каменном столе.
Это был не просто металл. Он был мертвенно-холодным, и каждый его виток, казалось, высасывал из меня силы. Поверхность цепей покрывала мелкая, едва заметная гравировка — непрерывная вязь незнакомых мне символов, тускло светившихся в полумраке зала. Они не просто держали меня — они меня подавляли. Моя антимагия, моя внутренняя пустота, обычно готовая вырваться наружу, теперь была заперта, задавлена весом и магией этих оков.
Воспоминания обрушились на меня: горькая настойка, вспышка света… и панические крики.
«Это печать! Он ДЕМОНОПОКЛОННИК!»
Паника ледяной волной прокатилась по телу. С самого начала это была ловушка? Лису обманули, или она была частью этого? Нет, она не могла. Она ведь меня предупреждала обо всем этом. Кайл предупреждал. А может она специально? Нет, это бред, она точно не могла этого сделать. Нет это бред. Может приняли меня за другого? Ошиблись?
Как в это даже самому не верилось, а значит мне не поверят, что я бы не сказал. Они меня считаю демон поклонником.
Тяжелый засов за дверью скрежетнул, и дверь со скрипом отворилась, впуская полосу тусклого света. Вошли двое. Первым был брат Матвей, его лицо было все таким же бесстрастным, но в глазах горел лихорадочный блеск исследователя, совершившего великое и ужасное открытие.
Второй был его полной противоположностью. Высокий, широкоплечий мужчина в черной рясе, поверх которой был надет серебряный нагрудник с выгравированным на нем символом пылающего меча. Его лицо, с резкими, словно высеченными из гранита чертами и коротко стриженной седой бородой, не выражало ничего, кроме абсолютной, непоколебимой уверенности в своей правоте. От него веяло властью и угрозой.
— Это брат Валаам, — представил его Матвей, подойдя к алтарю. — Он желает с тобой поговорить.
Монах подошел вплотную и навис надо мной. Его тень полностью накрыла меня.
— Охотник Зверев, — его голос был низким, рокочущим, как камнепад в горах. — Ты обвиняешься в ереси, сокрытии своей демонической природы и служении врагу рода человеческого.
— Служение…Врагу….безумие, — прохрипел я, тщетно пытаясь дернуться в цепях. — Я — охотник. Сражаюсь с демонами, чтоб их искоренить!
— Ты сражался с низшими тварями, чтобы отвести от себя подозрения, — отрезал Валаам. — Для высших демонов, эти твари ничего не значат. Ритуал не оставляет сомнений. Твоя так называемая «антимагия» — не врожденный дефект. Это Клеймо. Печать одного из высших демонов, вживленная в твою душу. Она пожирает святую магию и оскверняет, что мы и наблюдали, когда ты чуть не уничтожил этот зал. Ты — бомба замедленного действия, спящий агент, но мы тебя раскрыли.
Я смотрел на него, и ледяной ужас сковал меня сильнее любых цепей. Они не просто ошибались. Они создали целую теорию, логичную и стройную в своей фанатичной паранойе. И у них были «доказательства».
— Это бред, — яростно прошептал я. — Если б я был их агентом, зачем мне приходить к вам, сюда? Я пришел добровольно за помощью!
— Демон всегда лжет, — монах произнес это как непреложную истину, его взгляд был подобен стали. — У тебя есть два пути, носитель Клейма. Первый — путь раскаяния. Ты добровольно расскажешь нам все: имя своего хозяина, цель твоего внедрения, известных тебе других агентов. После чего твоя оскверненная душа будет предана Очищающему Пламени. Твоя смерть будет быстрой.
Он сделал паузу, глядя мне прямо в глаза.
— Второй путь — упрямство. Ты останешься здесь, на этом столе, и будешь подвергнут Дознанию. Мы все равно получим ответы на наши вопросы. Поверь мне, в мы умеем развязывать языки. Но этот путь будет долог. И очень, очень мучителен. А в конце тебя все равно ждет пламя.
Он развернулся, чтобы уйти.
— Я даю тебе время до рассвета, чтобы ты сделал выбор между быстрой смертью и агонией. Подумай хорошо. Раскайся и покайся в грехах своих.