— Получается, ничего, — признал он с непонятной интонацией. Словно сам не верил в то, что говорит.

— Вот видите! А еще во мне сомневаетесь! Но так я белая и пушистая, если меня не трогать. Так, давайте вернёмся к делу.

— Значит, вы считаете, победу нашей заслугой? — переспросил Орвильд.

— Не победу, — подняла палец Элайна. — Уменьшение потерь. А это я считаю одним из главных критериев победы. Мне не нужна победа, после которой гибнут чуть ли не все участники вылазки. Это не победа. Как мудро заметил один царь, одержав победу в битве: «Еще одна такая победа, и я останусь без армии». Так вот, мне не нужна победа, если потом останется только чесать репу и думать, а может, стоило проиграть? Потерь было бы меньше. Вот я и хочу понять, почему вы сумели обеспечить прикрытие, а ни Картен, ни Дайрс не смогли выделить другие отряды для этого. Потому давайте просто рассказ. Что вы делали и почему.

— Хм… — Арлерий на миг задумался. Даже отхлебнул свой чай, хотя явно ему приготовили его из вежливости, ибо леди не может пить и есть одна. — Ладно. Наш отряд вышел из города, когда атака уже началась. Надо признать, ваш Картен правильно рассчитал время, потому при движении проблем не возникло. Мы миновали уже захваченное земляное укрепление и прошли дальше по дороге к старым укреплениям, куда устремилась отвлекающая атака…

— И вы перекрыли дорогу?

Арлерий покосился на старательно что-то пишущую девочку.

— Нет. Леди, по этой дороге должны были отступать ваши отряды, которые отвлекали на себя внимание. Если бы мы встали поперек, то отступающие вряд ли сразу разобрались бы, кто мы: враги или друзья. Могли и атаковать, видя, что мы перекрыли им отступление. Да даже если бы сообразили, в той кутерьме могли и на нас помчаться, смешав порядки. А следом уже и гарлы бы врубились. Так что плохая идея.

Арлерий поднялся, обошел сидящую девочку со спины и заглянул в ее тетрадь, отобрал карандаш. Девочка удивилась, но послушно отдала. Наёмник быстро набросал на листе схему местности. Обозначил холм укрепления, дорогу, по которой они шли, старые укрепления гарлов. Обозначил отряд, что атаковал их. Стрелкой показал его движение, а также основной удар по второму искусственному холму с тыла главного отряда. И обозначил стрелкой движение своего отряда.

— Вот так шли мы. Вот здесь мы остановились и построились таким вот косым строем вдоль дороги. Таким образом, дорога осталась свободной для движения, но и мы получили возможность обстреливать всех, кто по ней движется, причем всем строем.

— А почему тогда не просто вдоль дороги встать? Зачем этот косой строй под углом к дороге? От дороги в сторону гарлов…

— Потому что дорога там — чисто условное понятие. Там же равнина… Ну, перекопанная гарлами. Так что наступающие гарлы вполне могли и обойти нас, ударив с тыла. А так такой строй и защищал от обхода, и мог обстреливать дорогу. Точнее, для обхода пришлось бы сделать большой крюк, а это мы заметили бы. Тем более наш правый фланг не просто там висел, а упирался в один из оврагов с кустами. Так что прямо его не атаковать. Либо с одной стороны, либо с другой. Но там свои проблемы — для такого гарлы не должны потерять управления войсками, а это весьма сомнительно для той суматошной схватки. Они наступали туда, где видели врагов.

— Но если бы все же обошли?

— Тогда тот фланг стал бы отступать вот так, пока не образовался обратный угол к дороге.

Элайна глянула на получившийся рисунок. Если изначально косая черта, изображающая построение наёмников, шла от дороги под углом к ней в сторону гарлов, то после отступления, уже фланг у дороги становился обращенным к гарлам, а правый отступал дальше, снова позволяя вести обстрел всем фронтом, но уже тыл становился фронтом.

— Хм… Как я понимаю, такое вот отступление очень сложно?

— С любым другим отрядом я бы такое повторить не решился бы, — уверенно отозвался Арлерий. — Конечно, это не потребовалось, гарлы сюрпризов не преподнесли, атаковали, идя следом за нашими отступающими отрядами по этому вот пути. Попали под наш фланговый обстрел, понесли серьезные потери и отступили, что позволило уже и нам спокойно отойти. А там и у ваших отрядов удалось более-менее навести порядок, и дальше мы уже отступали организованно. Гарлы просто не успели подвести серьезные силы, чтобы сломить нас.

Элайна задумалась.

— Вот оно что… Теперь понятно… Отлично организованный, даже небольшой отряд может серьезно повлиять на всю схватку… Не уверена, что в нашей армии хоть кто-то способен был бы совершить такое вот перестроение в бою… Хотя, конечно, не специалист, надо будет у капитана Дайрса уточнить. Может быть, гвардия… — Девочка на миг задумалась, потом отобрала свой карандаш у Арлерия и принялась что-то усердно строчить в тетрадь. Тот, не спуская с Элайны глаз, вернулся на своё место, взял чашку и, всё еще продолжая наблюдать за пишущей девочкой, принялся пить чай небольшими глоточками…

Лат пребывал в состоянии перманентного бешенства, но хуже всего было понимание, что виноват именно он. Даже то, что Вальд также не разглядел проблему, мало его успокаивало.

Имперские инженеры полностью оправдывали все, надо сказать, немалые траты. Предложенный ими план штурма пока себя оправдывал, хотя и не всё шло гладко, но тут уже не их вина. Например, требушеты… Отличные машины, надо сказать, умеют имперцы строить. Проблема в припасах. Вся суть осады была в том, чтобы долбить камнями примерно в одно место по стене или башне, желательно в основание. Никакое, самое крепкое укрепление, по словам имперцев, долго такому сопротивляться не может. А точности требушета вполне достаточно для такого. Они могли укладывать камень за камнем в небольшой квадрат на стене… при условии, если все камни будут примерно одного веса. Может, империя и может себе позволить работу каменоломен, где такие снаряды делают в больших количествах, а потом доставляют в войска, но у гарлов такого не было. Они никогда и не заморачивались с этим, добывая снаряды на месте. А если не получалось, то везли откуда поближе.