Шрифт:
Страж молчал. Ну а что тут ответишь? Это и правда было так.
Авалорцы жили в лесу или за лесом, который очерчивал северную границу нашей Империи. Да только лес тот был гиблый. Обычные жители, если входили в него, теряли сознание и в скорости погибали. А еще из леса на наши земли частенько выбегали такие твари, что и животными их не назовешь, и истребляли целые имперские поселения, которые располагались у границ.
Потому наши люди в лес не совались и у границ неохотно селились. А вот авалорцы часто на наши земли захаживали. Суровые северные мужи привозили диковинные шкуры и меха, редчайшие драгоценные кристаллы и чудодейственные лечебные травы.
??????????????????????????
Давным давно их правитель заключил сделку с нашим тогдашним Императором: они не допускают к нам тварей из Леса, а Империя отдает им девушек, на которых среагирует специальный артефакт. И отдает не просто так — а за редчайшие драгоценные кристаллы, которые пополняют казну Империи. А родителям девушек выплачивается компенсация настоящими золотыми монетами.
И все бы хорошо, да только о судьбе тех девушек ходят самые мрачные толки, ведь после того, как они пересекают границу леса — от них больше ни слуху ни духу.
Сами же авалорцы не гнушаются захаживать в публичные дома, которые находятся в наших городах близ границы, и это ни для кого не секрет. А других подробностей я не знаю.
С одной стороны, страшно ехать в неизвестность, с другой — я давно уже не жду от жизни ничего хорошего.
Даже если меня принесут в жертву в каком-то странном ритуале, это лишь закончит мои мучения. Ведь я до тошноты устала просыпаться каждое утро и думать, как сэкономить силы, чтобы хватило на необходимые дела. Да притом ловить осуждающие вгляды сестер и брата, совсем не понимающих, в какой муке я проживаю каждый день.
Повозка тронулась, а я так и осталась лежать на своей лавке, бережно кем-то прикрытая покрывалом из моего мешка. Сил волноваться не было — хоть какая-то выгода от моего состояния. А потому я просто мерно покачивалась на своей «постели», спеша на встречу со своим неясным будущим.
****
Примечание: эпиграф относится ко всей книге
Глава 2.
Ита
Через некоторое время повозка остановилась у здания вокзала.
– Ну что? Ты получше? Сама идти сможешь или понести?
– Спросил меня главный из моих троих сопровождающих стражей.
– Наверное, смогу.
По правде говоря, уверенности в своих силах у меня было мало. Поездка до вокзала заняла совсем немного времени, а мне после дневного путешествия и недавних переживаний требовался по крайней мере суточный отдых в тепле у печи. Но и просить чужого человека меня куда-то нести, тем более, мужчину, мне было не с руки.
Страж словно прочел мои мысли:
– Обопрись на мою руку, тут немного пройти, Гас сложит твое покрывало и понесет мешок, скоро будет посадка на поезд до северной станции, куда мы и направляемся.
– И что трое стражей будут сопровождать одну девушку?
– С иронией уточнила я, неуклюже выбираясь из повозки, поддерживаемая крепкой мужской рукой.
– Нет, мы поедем с тобой вдвоем, Гас нас сопроводит до вагона.
– Я Ита, - решила представиться, раз уж нам предстояло провести вместе ближайшие дни.
– Твое имя есть в бумагах, - сухо ответил мне страж, - без обид, девочка, но я предпочитаю не сближаться с подопечными, которых везу авалорцам, поэтому не буду называть тебе своего имени.
Обидно было слышать такие слова. Я понимала, что «Лесные жены» - достояние северян, и для Империи мы все равно, что погибшие, однако, я не думала, что мне укажут на это настолько прямолинейно.
– Как мне тогда к вам обращаться в случае чего?
– сказала я, не скрывая обиды в голосе.
– Просто говори, что нужно, пока я тебя не передам в руки авалорцев, все мое внимание принадлежит тебе, - сказал он на этот раз чуть мягче с едва заметной улыбкой.
В поезде нас ожидали простые сидячие места на деревянных скамейках, на которых нам придется провести почти двое суток, как сказал мне мой надсмотрщик по дороге к нашему вагону.
Что ж, это неудивительно, кто бы стал тратиться на купейный билет для смертницы? Пусть даже ее жертва и приносит Империи защиту от тварей и ценные кристаллы. С другой стороны, мне ли привыкать к пренебрежению? Откуда только взялся этот обидчивый настрой? Нашла время жалеть себя!
– Дала себе мысленный подзатыльник и попыталась привести себя в более мирное устроение.
После того, как мы уселись на наши места, мне показалось, что в глазах стража на миг промелькнула жалость, когда наши взгляды встретились. Но он быстро вернул себе невозмутимое выражение лица и стал разглядывать других пассажиров, которые постепенно наполняли вагон, усаживаясь на свои места.