Первое, что я сделала утром, это в ультимативном порядке проинформировала буканьера, что сегодня буду работать в сети. Шрам застыл, так и не натянув второй рукав привычного комбинезона. Некоторое время пристально разглядывал меня, будто пытаясь понять, какая блажь меня посетила. Потом все же медленно надел комбинезон и застегнул его, над чем-то размышляя. В конце концов, спросил:

— Что случилось? Не справляешься с лабораторной заразой?

Я мотнула отрицательно головой и прикусила губу. Стало стыдно. Пришедшая ночью в голову мысль вытеснила все. Я забыла о том, что обязана довести до выздоровления оставшихся больных, полностью захваченная предположениями. И забыла поделиться своими предположениями со Шрамом. А он точно не умеет читать мои мысли. Однако, обдумав все, пришла к выводу, что одно другому не мешает. Правда, нужно для начала выполнить все обязательства по отношению к больным, а потом уже лезть в галасеть. Я себя знала: увлекусь и точно позабуду про все.

— Нет, с этой стороны все нормально. После завтрака возьму еще порцию крови у тебя и у себя. По моим подсчетам, этого должно хватить до полного выздоровления всем заболевшим. А галанет… — Я заглянула в сиреневые глаза, спокойно и внимательно меня рассматривающие: — Шрам, меня не оставляет ощущение, что ты влез в чужую игру, когда выкрал «райскую сыворотку». Смотри сам, — заторопилась я, видя, что буканьер недовольно поморщился и готов оборвать разговор, — я по профессии и образованию молекулярный биолог и генный инженер. По своему статусу и долгу службы я отслеживала все новости и открытия в своей области. Однако, до своего попадания к Тейту, всего три месяца назад, несмотря на то что работала на правительство, подписала все необходимые документы о неразглашении и имела все допуски, не знала о том, что работа над «райской сывороткой» завершена. Между тем, я это хорошо помню, тогда, в ангаре под клетками, Тейт сказал тебе, что на Аверсум было снаряжено несколько экспедиций, но никто не вернулся. Ничего не кажется странным?

Шрам думал меньше секунды. А потом задумчиво пробормотал:

— Отсутствует логика. Врать про то, что вылазки были и никто не вернулся, мне бесполезно. О неудачных попытках я знал из других источников. Следовательно, либо работа над этой гадостью, которую мы добыли для Тейта, давно завершена, но тогда возникает вопрос, почему об этом вообще ничего не знаешь ты, если у тебя действительно были допуски. Либо Тейта интересовала вовсе не сыворотка.

Я шумно выдохнула от облегчения, только сейчас осознав, что оказывается все это время, пока Шрам рассуждал, не дышала. И осторожно подбросила еще одну идею:

— Возможно, Тейта на самом деле интересует то, что ты взял для себя. Тогда все складывается: чтобы не делиться, он придумал другую причину заслать тебя на Аверсум, помог организовать экспедицию и ожидал, что вы все там заразитесь и погибнете. А он заберет то, что ему нужно. Он мог знать, за чем ты охотишься?

Сначала Шрам сдвинул хмуро брови на переносице. И неласково уставился на меня. Но логика была на моей стороне. И ему пришлось это признать:

— Шварх его знает, — сердито пробурчал он себе под нос. — Вообще, похоже на правду. Мог и узнать, я особо не скрывался. — Я уже успела порадоваться одержанной победе, когда буканьер вдруг добавил: — Пока нам все равно ничего не грозит. Оба отправленных за нами корабля уничтожены. Сообщить о произошедшем они не успели, я это предусмотрел и с началом штурма врубил глушилки. Тейт, конечно, поймет, что я его переиграл. Но к этому времени будет уже поздно. Я, конечно, собирался пополнить запасы и экипаж. Но в свете твоих догадок, думаю, будет разумнее, пока затаиться.

Мне безумно, просто отчаянно захотелось обозвать Шрама болваном. Не думала, что он может оказаться настолько ограниченным. Но все же не рискнула вызывать его гнев на себя, только спросила сухо:

— А ты уверен, что Тейт хочет то, что ты добыл для себя, себе? Может, это нечто потребовалось его начальству? Ты же не думаешь, в самом деле, что Тейт работает сам на себя?

Шрам повторно подвис. А потом подражая мне так же сухо отозвался:

— Я точно знаю, что он наемный работник. У него просто цепь чуть-чуть подлинее, чем у остальных. Настолько, чтобы он чувствовал свободу, но не повесился от вседозволенности на ней. Я понял твою мысль, Ольга. Что ты предлагаешь?

Вглядевшись в сиреневые глаза, я решила рискнуть и частично раскрыться. Затевалось нечто очень и очень нехорошее. Я это чуяла нюхом. Помимо того, что это нечто могло грозить крупными неприятностями всему Альянсу, оно совершенно точно угрожало моей жизни и целостности моей шкурки. Я вздохнула. Кажется, пришло время вспомнить все, чему меня учили в Академии на протяжении многих лет.

— Первое — нужно проверить информацию про «райскую сыворотку» по внутренним, специфическим каналам. Для этого мне потребуется левый аккаунт. На некоторые порталы не зайти просто так. Далее. Нужно разобраться с тем, что ты добыл для себя. Кому это нечто могло понадобиться настолько, что он прибег к такой сложной и многоступенчатой многоходовке только ради того, чтобы замести все дороги к себе. Оборвать все ниточки, позволяющие установить его личность. Остальное придумаем по ходу действия.

На мою последнюю фразу Шрам отреагировал саркастической улыбкой:

— Приятно, что меня еще не сбрасывают со счетов.

Стыдно мне не стало:

— Не язви, — вздохнула устало. — Еще не известно, в какое дерьмо мы влипли, и как из него выбираться. Может, мой единственный шанс выжить в этой кутерьме — это ты.

На этом обмен «любезностями» мы прекратили. Каждый молча выбрал в пищевом автомате то, чем хотел сегодня позавтракать. Так же молча сели за стол. Механически двигая челюстями, я обдумывала, на какие порталы в поисках информации мне следует зайти в первую очередь. И как сделать так, что мое невинное любопытство не засекли. О чем размышлял Шрам, не знаю. Но у него тоже забот было немало. В первую очередь нам следовало исчезнуть из сектора, где подручным Тейта легко было нас найти. И это понимала даже я.

Шрам заговорил только после того, как мы закончили завтрак, и я произвела манипуляцию по забору крови у него. Дождавшись, когда я заклею ранку заживляющим пластырем, Шрам схватил меня за руку и заставил посмотреть ему в глаза:

— Оля, работы сейчас очень много. Корабль нужно привести в порядок в кратчайшие сроки и уходить в гиперпространство. Здесь оставаться — непростительная глупость. — Я непонимающе уставилась в сиреневые глаза. О чем это он? — Но даже если я задержусь, пожалуйста, не лезь без меня в сеть. Я доверяю тебе. Но хочу присутствовать. Возможно, смогу что-то вовремя подсказать.