Народу на улице очень много, так же как и припаркованных машин. Но делать нечего… Надо работать. Олег с Клаусом взвели гранатомёты, и приготовились. Сзади подъехала машина с Егором, Кольчей, Ванькой и Захаром и остановилась следом за Жекой. Надо идти! Долго стоять никак невозможно, иначе китайцы насторожатся!

— Работаем! — Олег быстро открыл дверь, вышел, взял гранатомёт, положил трубу на плечо, прицелился и выстрелил. Граната, оставляя дымный след, полетела и попала «Мерседесу» прямо в лобовое стекло. Грохнуло неслабо! Из машины вылетели двери и куски тел. С близлежащих зданий посыпались стёкла, куски черепичной кровли, какие-то обломки, деревяшки. Тут же началась паника, крики, беготня. Егор бросил пустую трубу на асфальт, взял другой гранатомёт и выстрелил в стену бара рядом с входом. Охранники в национальной одежде сидели, зажав уши руками — первый взрыв контузил их, так как находились они совсем рядом, а может, ещё и осколками посекло. Но вторая граната попала в стену совсем рядом, в паре метров, тут выжить уже шансов никаких — порванные тела разлетелись в разные стороны. После второго взрыва Клаус, вышедший из машины с другой стороны, выстрелил из гранатомёта в окно бара. Граната пробила стекло и взорвалась где-то внутри. Раздался визг и вопли. Клаус тут же выстрелил в другое окно. Стрелял он из крайне неудобного положения — угол стрельбы был очень острым, и попасть в окна стоило большого мастерства, удачи, зоркого глаза и верной руки. Но попал и второй раз — расстояние было относительно небольшим.

— Жека! Гони к бару, там остановись, остальное мы сами! — крикнул Олег, схватил с сиденья автомат и побежал к бару, Клаус за ним.

Жека тронулся с места и проехал дальше, проехав бар метров на десять, чтоб дать место второй команде. Чёрт! Мать твою! Под колёсами хрустели осколки стекла, куски штукатурки и какие-то деревяшки. Не дай бог колёса пропорешь, тогда точно звиздец!

Люди тем временем толпами разбегались от взорванного бара, но несколько тел остались лежать на асфальте — всё-таки зацепило случайных прохожих, что и немудрено в такой толпе. «Мерседес», в котором сидели охранники в пиджаках, горел. Передние двери вырвало и выбило все стёкла. В языках пламени виднелись два обугленных трупа. В баре тоже что-то горело, временами слышались крики людей.

Клаус с Олегом бросили в разбитые окна по гранате, а потом на короткое время вошли внутрь — послышались автоматные очереди. Однако Жека чуял, что там делать особо нечего — повреждения первого этажа здания были критическими. Пацаны из второй машины даже не сталит выходить — правильно сориентировались.

Через две минуты и Олег, и Клаус заскочили в машину, положив автоматы под ноги. Тут же стали снимать бронежилеты и маски.

— Всё! Гони, Жека! Тут больше делать нехер!

Жека тронулся с места и осторожно поехал по улице. Территорию у бара «Белая нимфа» заволокло густым дымом, и что происходит на месте происшествия, уже с расстояния в сотню метров не было видно. Какая-то стрельба, взрывы. Кто знает… Вдруг это полиция проводит спецоперацию? Примерно так думали посторонние люди, толпами стоявшие и наблюдавшие издалека за происшествием. Две машины, выехавшие из дыма, конечно, вызвали у них сиюминутный дежурный интерес, но он снова переключился на разгорающийся пожар, тем более внутри бара стали рваться газовые баллоны. За машины Жека не переживал — они давно ездили на поддельных номерах, а этих БМВ и Мерседесов в Германии как говна за баней…

Через триста метров улица выходила в другую, которая шла в деловой центр. На ней о происшествии уже никто не знал — люди занимались своими делами, и Жека прибавил ходу.

— Ты куда сейчас? — удивлённо спросил Олег.

— Домой, куда ж ещё, — рассмеялся Жека. — Отдыхать пора, у меня завтра важная встреча. Расширяемся, пацаны!

— А нам куда? — Олег не поверил, что Жека совсем буднично говорит о текущих делах, как будто ничего не произошло.

— И вы отдыхайте, — пожал плечами Жека и недоумённо посмотрел на Олега. — А чего ещё делать? Мы свою работу на сегодня сделали. Хорошо или плохо, хрен знает. Если завтра не повяжут, значит, хорошо. Можете оружие и броники на склад увезти. Заодно и китайца грохнуть там. Кто его охраняет? Колян? Грохните и в речку бросьте.

— Ты же обещал его отпустить! — Олег внимательно посмотрел на Жеку, чем вызвал у того смех.

— Олежка, ты в натуре думал, что я этого мудака живым отпустил бы? — рассмеялся Жека и покачал головой. — Ты же взрослый пацан. Ну кто его отпустил бы в здравом уме? И дураку понятно, что поездка к нам в склад это билет в один конец. Он же наши лица видел. Нахрена нам геморрой? Ну ладно… Признаюсь. Я хотел его отпустить… Но сначала ноги отрубить и вуаля — иди на все четыре стороны. Счастливого пути и доброго здоровья! Обещание выполнено. А теперь я решил его просто грохнуть. Но сам ради этого я ж не поеду туда? Ведь так?

Жека посмотрел на Олега, не понимая другана. Неужели он всерьёз подумал, что Жека сдержит слово и отпустит китайского бандита, у которого, возможно, руки по локоть в крови? Он что, дурак совсем?

— Дело твоё, — осторожно ответил Олег. — Я лишь спросил. Может, у тебя на него какие-то планы были.

— Планов никаких! — заявил Жека. — Он своё дело сделал. Теперь концы в воду и всё. Грохните его и в речку нахер. Потом отдыхайте. Завтра выходной вам даю.

Тем временем, пока тары-бары, подъехали к гостинице «Авангард». Жека остановился в соседнем проезде, вышел из машины и пожал руки друзьям.

— Пока. Всего хорошего. Отдыхайте.

Сахариха не спала — по привычке смотрела телевизор. Увидев Жеку, обрадовалась, подбежала, обняла и крепко поцеловала.

— Ну хоть живой… Задрал ты своими похождениями. Весь день дома нету.

— Ну извини, Свет, дела, — смущённо сказал Жека. — Опять навалилась какая-то херня… Кое-как разгребли.

Сахариха подозрительно посмотрела на любимого и иронически хмыкнула, типа — знаю я, какие у тебя дела.

— Опять не евши поди весь день?

Жека только сейчас, когда Светка спросила про еду, понял, что он действительно весь день не жравши и даже без капли спиртного. Вот что за житуха собачья, ни вздохнуть, ни пёрнуть???

— Не евши, Свет! — признался Жека. — Живот пучит.

— Сейчас насобираю чего-нибудь, иди руки мой! — заявила Сахариха и пошла к холодильнику.

Жека скинул одежду и пошёл в душ. Сахариха нарезала ветчины, колбасы, сыр — маасдам с пармезаном, достала бутылку вина, и когда Жека посвежевший вышел из душа, его уже ждал лёгкий ужин.