— Ничего не делай! — Приказал я, про себя ухмыляясь от вида того, как все напряглись. Через секунду на нас обрушились шершни. Вот только никого атаковать они так и не смогли. Моя воля сжала всех тварей, хватая их стальной хваткой, давя и стаскивая в мою сторону. Так что все они просто насаживались на вытянутый мной трехметровый меч механоидов.

Через десять секунд стая закончилась, образовав на моем мече огромный шашлык. А затем мне оставалось лишь пафосно махнуть железкой, стряхивая трупы. Позерство? Да. И энергии я затратил море, но ато все завершилось быстро и я мог продолжить свои размышления, не обращая внимания на ошалевшие взгляды охотников.

Зачем я вообще вожусь здесь? В самом начале мы рассматривали и иной вариант. Варисса становится смотрящим. А вот я тихонечко линяю в другое место и тупо фармлю опыт и занимаюсь другими делами, вроде создания артефактов. И не занятый делами терминала я бы мог сделать намного больше, нежели здесь. Но тогда эфир показал что именно текущий вариант самый правильный. А уж почему, мы до конца не разобрались.

Но уже сейчас я всерьез рассматривал вариант слинять, поселившись в лесу. Обыграть это можно было кучей способов, например устроить с Вариссой показательный бой, где я из последних сил выдерживаю натиск и освобождаюсь. Все же, как никак, дао пространства даст любому отличные шансы перестать быть рабом карты. Но все это мы обдумаем еще позже.

…

— А! В рот тебе… — какого-то эльфа цапнула огромная многоножка, отравив жутчайшим ядом. Причем D ранговая, хотя и мелкая. Ее тут же прибили, но эльф уже синел на глазах. Вернее, становился фиолетовым. Ого, ему даже иммунитет не помог.

Высшее исцеление!

Телекинез!

Я просто подошел к жертве, растолкав остальных телекинезом, а потом схватил ушастого за горло. Одновременно посылая огромный поток исцеляющей праны. Потом подумал, и телекинезом оторвал ему ногу ниже колена, почувствовав что она уже восстановлению не подлежит. Тварь оказалась какая-то уж совсем ядовитая, я в прошлый раз таких не помнил.

— Зачем? — прохрипел эльф, захлебываясь, кажется, в первую очередь от праны, а не от боли. И я остановил поток, а то чего доброго, ему так сосуд вечности открою, или, что логичнее, прибью отравлением от собственной праны.

— Сам подохнешь, если захочешь. — Глянул я в его список навыков и поняв что реген у него не такой уж и крутой, хотя D ранговый.

— Отдых. Сейчас идем в терминал, сдавать опыт. — Оповестил я всех, одновременно связываясь с Вариссой. После чего ради эксперимента решил испытать свой артефакт.

Достав флаг, вернее палку с огромным шаром на конце, но почему-то хотелось называть ее флагом, ведь консервативные артефакторы любили создавать такие штуки в виде развевающегося знамени, пускай вся начинка там и была в древке, а не полотне. Я вонзил его в мох, активируя работу. Поток воли рванул наружу, формируя купол, а следом пленка защитного поля начала мерцать, выполняя свою работу. Я тут же прекратил гасить, позволяя насекомым рвануть в нашу сторону. И превратиться в фарш, ведь после соприкосновения с барьером, насекомые просто издыхали, от внутренних повреждений.

— Это ваша работа, старший Танкар? Работает прекрасно. — Подошел ко мне Элардан.

— Да. Неплохо. — Согласился я, хотя сам считал эту поделку дерьмовой.

— Ты из мира Заллатон? — Спросил я. Хоть эльф и не обладал пси, но Заллатонцы чаще имели последовательность чакры и маны, или маны и чакры, и лишь изредка пси, второй или третьей силой. И хотя даже эльфийских миров было крайне много, но про другие такие с чакрой я слышал крайне редко.

— Да, старший. — ответил эльф, ожидая что же я скажу позже.

— Я видел твой мир недавно. Он был захвачен империей Хордал почти полностью, за исключением столицы и ее окрестностей. Скорее всего, он пал полностью. — Решил я поделиться информацией просто по доброте душевной. Меня это не компрометировало никак.

— Заллата еще жива. — Эльф стойко принял новости, хотя и не без переживания. Попал он сюда давненько, но уже тогда у Заллатона были терки с Хардолом.

— Может быть. Но она либо сбежала, либо стала вассалом. — тоже я принял информацию к сведению. Даже если некоторые боги уцелели, они теперь могли стать лишь рабами, обрекая и свой народ и самих себя на вечное служение, которое закончится лишь с их смертью.

— Спасибо, старший. — Поблагодарил меня ушастый, ведь информация для него была ценной. Наверно. Пока что он был рабом. Ценным рабом, которому позволяют много. И, теоретически, даже отпустят через пару сотен лет, если он не умрет раньше, или политический расклад снова не поменяется и новый хозяин назначит новый срок. Однако, вроде бы, даже после свержения владыки владык, Афлайма, подобного рода контракты действительно чаще всего исполнялись. И рабов отпускали, пускай далеко не всегда и не везде. Да и пожертвовать пешками никто не брезговал. Но видимость закона соблюдалась.