В проходе посменно дежурили двое ложных бессмертных, и сами ловя крохи истинного света. Да, вероятность того, что соблазнившиеся бессмертием и заемной силой, смогли бы сами стать чуточку сильнее, сводилась почти к нулю. Но все же. У них так же был шанс продвинуться дальше по пути постижения света.

И в этот момент пространство на лестнице колыхнулось, выпуская на свет огромную фигуру странного существа, что тут же заставило двоих бессмертных вскочить, разгоняя ци по телу и начиная формировать техники. А монстр, представляющий собой четырехметровую массивную фигуру, состоящую, казалось, из кристаллов праны или кровавых агатов, медленно шла, покачивая четырьмя своими конечностями. Нападение на зал средоточия? Такое происходило… Никогда. Еще ни разу за всю тысячелетнюю историю Зулафхара такого не происходило. Да, времена сражений с Тьмой Клан света сильно пострадал, однако даже темные отродья никогда не добирались до священного места. И бессмертные не смогли удержать себя от шока, однако, и не бездействовали.

— Великие! У нас вторженец! — Отрапортовал один из них, уже готовясь атаковать.

— Видим… — Передача голоса в этом месте почти не работала, так что Нукрат боялся что его слова вообще не дойдут до предков. Однако, ему тут же ответил сухой голос Ордата. А значит, великие если что, всегда сумеют прийти на помощь.

Удар! — Оба бессмертных атаковали мгновенно, стремясь испепелить врага. Нукрат, собрав немалую часть резерва, ударил молнией, чьи отсветы испарили глубокие борозды в камне стен. А Фиародан взмахнул мечом, порождая волну кровавого света, способного выкосить просеку в лесу на многие сотни метров, и уже начал формировать три солнца, вливая в них кучу сил. Воздух вскипел, превращаясь в кипящий свет, в котором и потонул враг. А потом…

Кровавый монстр, скрытый в пылающих техниках света, просто шагнул вперед, заставляя реальность натужно загудеть и ударить волной. Свет вражеских техник так и не коснулся его тела, огибая то и рассеиваясь. А потом это существо, двигаясь со скоростью недоступной даже ложным бессмертным, оказалось рядом с ними, порождая звуковой хлопок…

Через мгновение меньшее чем тысячная доля вздоха, оба стража уже были повержены. Нукрат лишился головы, отсеченной лезвием, вокруг которого само пространство плыло и мерцало. А по груди Фиарадона, пронзенной клинком, растекались ветвистые молнии. В последние мгновения оба практика попытались что-то сделать, но смерть настигла их слишком быстро. Невероятно быстро, учитывая что их тела и души должны были прожить еще достаточно даже с такими ранами. Монстр же просто пошел дальше, оставляя за собой ошметки кипящего камня и тела, медленно погружающиеся в нечто, напоминающее саму Тьму.

О том что стража мертва, узнали почти все и сразу. Несколько адептов этапа зарождающейся души, находящиеся у лестницы, увидев произошедшее, рванули во все стороны, спасая свои жизни. Правда, пара из них выбрали неверное направление, попытавшись взлететь и перемахнуть на другую сторону зала, позабыв о том, что здесь властвует всесожжигающий свет. И их тела просто рухнули вниз, пролетев рядом с сердцем света и превратившись в опаленные трупы. Но свое дело они сделали, дав понять остальным о том, что началось немыслимое… Вторжение в самое сердце их мощи.

Кровавый монстр же просто вышел на край обрыва, смотря вниз, на сияющее средоточие мощи всего клана. И на то, как снизу так же неспешно и величественно всплывают две фигуры. Казалось, между этими тремя само пространство пылает, в то время как десятки адептов души, кажущиеся простым смертным чуть ли не богами, как тараканы разбегаются во все стороны, в панике ища способ сохранить свои жизни. Правда, не все.

Примерно десяток старейшин, что располагались на нижних ярусах, что свидетельствовало об их глубоком понимании концепта, не стали терпеть такую наглость, единым фронтом выступив вместе с Великими. Этими практики души в отличие от прошлого неудачника, уже могли взлететь, не обращая внимания на давление света. И рассредоточившись вокруг нападающего, они слаженно ударили все разом.

Ауры света, в которые они вложили всю свою мощь, скрестились на монстре, погружая его в беснование света, в котором ничто не могло остаться первозданным. Любой враг, слабее этапа трансформации, обязан был обратиться в пепел. Но… Сияние света взорвалось, прокатившись мощной волной и порвавшей ауры старейшин. А сами они, вместе с еще десятком практиков, оказавшихся поблизости, лишились сознания. Все их защиты, все покровы, внутренние циркуляции оказались бессильны перед неведомой и чудовищной мощью.

Тела поверженных воинов начали истаивать, погружаясь куда-то на иной план реальности, несмотря на то чудовищное давление, порожденное сердцем и не позволяющее использовать здесь даже кольца. И естественно, оба великих, позволивших своим подчиненным и потомкам так бесславно сгинуть, прощупывая врага, более не стали ждать, ударив уже своими аурами, превосходящими по мощи все вместе взятые удары их слабых собратьев.

Свет, меч, пожирание, жизнь, пространство. Совокупная мощь двух практиков этапа трансформации могла бы раздавить почти любого, превратив его даже не в пепел, а в черную, невесомую пыль, которую даже нельзя потрогать. Но незнакомец просто ответил своим давлением. И хоть его аура была слабее чем у главы клана. Но количество вложенных концептов заставило напрячься даже Зулафхарцев, не говоря уже о том, что монстр спокойно отразил давление, продолжая парить в воздухе.

— Так ты и есть тот самый Аргуст, что уничтожил секту трех солнц? — После невероятно длительной по меркам подобных существ паузы, спросил Залутар. Второй по старшинству Великий выглядел как мужчина лет сорока, но, естественно, прошедший через множество трансформаций на своем пути возвышения.

Его рост был метра под четыре, так что он выглядел никак не ниже монстра, глаза пылали расплавленным золотом, голову венчали несколько наростов, похожих на инкрустированные прямо в череп драгоценные камни. Своего рода подобия рогов, но зачем было уподобляться козлу, если адепт света может без потери полезных свойств заменить рога на кристаллы? А их свойства по поглощению энергии были не хуже, наоборот, превосходили по эффективности аналоги.