Когда он отстранился, в его глазах появилась слабая, трепещущая надежда.

— Значит… мы говорим им через пару дней? После поездки?

Я кивнула.

— Да. Когда ты будешь готов. Но… — я посмотрела прямо, чтобы он понял всю серьёзность, — сделать это ты обязан.

Он глубоко вдохнул, и впервые за вечер его плечи чуть-чуть распрямились — будто это решение дало ему хоть какую-то точку опоры.

— Я сделаю это, — сказал он. — Обещаю.

Но в ту же секунду во мне мелькнуло щемящее понимание: не важно, насколько искренне он пытается — наш путь с ним всё равно заканчивается. Я просто выбрала мягкий, честный способ дойти до этой точки.

Он взял мою руку и прижал к губам. — Спасибо, что осталась, — сказал он. — Просто… побудь рядом. Пока я всё не улажу.

Я кивнула.

И только когда он отвернулся, я позволила себе выдохнуть то, что жгло внутри:

Я остаюсь не потому, что люблю тебя так, как должна. А потому что не хочу добивать того, кто всегда был добр ко мне.

Утро было слишком тихим. Таким, в котором каждая мысль будто звучит громче обычного. Я проснулась раньше Кая — он спал, уткнувшись лицом в подушку, и выглядел настолько уставшим, что во мне поднялась странная смесь жалости и вины.

Но стоило вспомнить вечер, предложение, чужие голоса, невозможность сказать «нет» — и внутри всё снова стало тяжёлым, густым. Мне нужно было пространство. Воздух. Тишина.

Я натянула спортивный купальный топ, низ купальника и лосины забрала полотенце и вышла в утренний холод. Воздух был свежий, влажный — пахло соснами и ночной прохладой. Бассейн находился чуть в стороне от домиков, под стеклянной крышей, и через прозрачные панели внутрь проникал мягкий голубоватый свет.

Когда я открыла дверь, в нос ударил запах хлорки и тёплой воды. Тишина — почти идеальная. Я хотела нырнуть — резко, глубоко, чтобы шум исчез.

Но в тот момент, когда я сняла лосины и подошла к бортику, услышала звук воды — лёгкое движение. И замерла.

Коул.

Он был в бассейне. Двигаясь легко, без усилия, длинными ровными гребками. Он не видел меня — или делал вид, что не видит. Его тело скользило под водой так плавно, будто это была его стихия.

Я стояла слишком долго — настолько, что он всё-таки заметил. Его голова поднялась над поверхностью, вода стекала по плечам, и взгляд нашёл меня почти сразу.

Никакого удивления. Только… узнавание. И что-то тёмное, тянущее, от которого у меня подкашивались ноги.

— Рано для плавания, — сказал Коул негромко, голос отражался от стен мягким эхом.

— Не спится, — ответила я честно.

— Понятно.

Он посмотрел чуть внимательнее. Взгляд задержался на моих плечах, на линии ключиц, как будто он читал по коже то, что я не сказала вслух.

— Будешь заходить? — спросил он.

Это прозвучало почти как вызов.

Я вдохнула, отбросила полотенце и шагнула в воду. Тепло обхватило кожу — и тут же стало неуютно, будто вода сама чувствовала, кто рядом.

Коул подплыл ближе. Не вплотную — но достаточно, чтобы всё внутри вновь стянулось. Его плечи дрожали от движения воды, в каждой линии была сила, спокойная, уверенная.

— Как твой жених? — спросил Коул, и от того, как спокойно он это произнёс, мурашки пробежали по всей спине.

— Не начинай, — попросила, сжав губы.

— Я вообще-то спрашиваю вежливо, — он слегка наклонил голову. — Разве я не должен интересоваться свадьбой брата?

Я почувствовала, как вода будто становится горячее.

— Пока ничего не могу сказать, — произнесла я тихо.

Одна секунда. Его взгляд стал глубже — будто он услышал во фразе скрытый смысл. Понял ровно то, что я не собиралась произносить вслух.

Коул приблизился ещё чуть-чуть. Его ладонь легла на поверхность воды рядом с моим бедром — не касаясь, но тепло от этого жеста ударило по коже.

— «Пока»? — повторил он. — Интересная формулировка.

— Ты слишком много пытаешься прочесть между строк.

— Только то, что ты сама уже знаешь, — Он медленно провёл пальцами по воде, и та волной коснулась моей ноги. Это было почти как прикосновение. Почти. — Вчера вечером ты хотела сказать нет.

Я задержала дыхание.

— Ты не можешь знать, что я хотела.

— Знаю, — сказал Коул мягко. — Я видел.

Он подошёл ближе. Теперь между нами оставалось всего несколько сантиметров. Его рука — тёплая от воды — вдруг коснулась моей талии. Не крепко. Не требовательно. Просто положил ладонь, как будто проверял, дышу ли я.

Я дышала плохо.

— Отпуст… — начала я.

— Скажи честно, — перебил он тихо. — Это из-за меня?

Вода дрогнула между нами. Сердце — тоже.