На цыпочках пробираюсь в спальню и осторожно ныряю под одеяло под бочок спящей подруги. Приобняв тонкую талию, определил что в постели Маришка, которую обычно просто так не разбудишь и, обняв покрепче, заснул почувствовав себя вернувшимся домой Одисеем.

Утром вопреки обычаю проснулся поздно, так как половину ночи мы с Дракошей не спали тусуясь с его маленькими братьями на острове. Руки по хозяйски прошлись по животику Маришки и зафиксировались на упругих грудках. Их хозяйка вздохнула и зашевелилась. Затем левая ручка пощупала лапы агрессора и на всякий случай определила наличие у них тела, остановившись на моем бедре.

— Вернулся? А-а-х! — Она протяжно зевнула и повернулась ко мне лицом. Я тут же поцеловал сладкие губки, набухшие со сна и прижал плотнее желанное тело.

— А мы все же сходили в кино. — Маришка довольно зажмурилась. — Посмотрели на актера с твоей попой, фигурой и лицом… И даже сфотографировали!

Я ничего не сказал, так как мой «младший брат» недвусмысленно намекал, уткнувшись в низ живота подруги, что можно оттянуть разборки известным способом. Маришка тоже решила повременить с киношной Санта Барбарой и, закинув ножку, приняла в себя любимую игрушку. Сначала мы нежно потискали друг друга бочком, потом Маришка словила кайф в позиции сверху, а закончили в миссионерской позе, застыв после взаимного мучительного оргазма, потерявшись во времени и пространстве.

— Как хорошо… — Прошептала любимая, придя в себя. — А твоя попа лучше… И пестик… Хоть там и не показывали. А мы с Дашкой скучали. Ты опять был в Караганде? А… Можешь не рассказывать. Возвращайся только… Хорошо?

— Хорошо… Ты в колледж не опоздаешь?

— Так воскресенье сегодня. Дурачок! Совсем в своей Караганде потерялся! Сейчас позвоним Дашке. Будешь отрабатывать! Этот оргазм в зачет не пойдет! Не надейся! — последние слова она кричала уже по дороге в ванну, поэтому я не удивился, когда следом раздался визг, и голенькая по утреннему обычаю подруга влетела обратно в спальню и спряталась у меня за спиной.

— Там какой то парень лежит на диване!

— Извини. Не успел тебя предупредить… Это мой друг… «Тебя как зовут, вуайерист хренов!»

— Зачетные титьки! Гена! Меня зовут Геннадий!

— Гена. Поживет у меня. У него проблемы… А еще он немой.

— Не твой?

— Говорить не может… С детства.

— Бедненький! Пойду поздороваюсь.

— Только не голышом! А то у него девушки еще не было.

— Хи-хи! Так он уже все рассмотрел! — Развеселившаяся подруга все же накинула халатик и отправилась на второй заход.

Не успели мы сесть за завтрак, как прибежала Дашка и принялась обниматься, пока не споткнулась взглядом об «Гену».

— Ой! Здрасти! — И засмущалась от неожиданности.

— Знакомься! Это Гена. Гена это Даша — моя девушка. Гена у нас совсем не говорит, так что девушки, не обессудьте!

Гена тем временен снял с плиты большую сковородку в которую напихал колбасы, сосисок и залил все десятком яиц. На мой немой вопрос ответил, что ему нужно хорошо питаться, что и продемонстрировал под удивленными взглядами девичьих глаз.

— Что будем делать? — Маришка оторвалась от созерцания исчезновения большей части содержимого сковородки в утробе нового знакомого и обратилась ко мне.

— Днем погуляем, можем проведать твоих родителей, а потом предлагаю в клуб на танцы.

Маришка взвизгнула от радости, но тут же обеспокоенно спросила:

— А это не будет опасно?

— Да вроде твой папа сказал, что все уладилось. К тому же мы пойдем в другое заведение, от греха подальше.

— Танцы! — Маринка вскочила и чмокнув меня в щеку, подхватила за талию Дашку и закружила по комнате.

— А Гена умеет танцевать?

— Гена у нас говорить не может. А слышит он хорошо. Вот у него и спроси.

«Гена» на вопросительный взгляд неопределенно пожал плечами, как бы говоря «там посмотрим». Вот же, прохиндей!

На улице тем временем октябрь окрасил деревья в красно-золотые цвета и дарил людям последние теплые денечки. Мы отправились в парк и с удовольствием провели половину дня катаясь на каруселях, гуляя и перекусывая в многочисленных забегаловках. Вернее, мы перекусили в первой, а в остальных в основном наблюдали, как Гена с серьезным лицом поедал очередной заказ.

— Бедный! — Прошептала мне Дашка, когда в одной из аллей немного оторвались от моего товарища. — Его наверное морили голодом. Мне его жалко!

— Не знаю. Мне он не рассказывал. Может у него такой метаболизм, вот и ест — как не в себя.

Затем мы зашли отдать «дань» родителям невесты, которые приняли Геннадия за друга Дашки и смешно посадили их рядом за обеденным столом. Дашка не стала возражать и усердно подкладывала в тарелку нового друга быстро исчезающую еду.

Уловил момент и уединился с тестем, чтобы немного поговорить о делах.