– Это семейная традиция, - сказала она. Казалось, она пила свой бокал в точных дозах.
– Вариант этого сорта хмеля и некоторые температурные отклонения в процессе сусла. Но, пожалуйста, никому об этом не говорите. Мои предки вылезут из могил, чтобы прийти за мной.

– Так вы семья пивоваров?

– Да. Этот ресторан был здесь в разных воплощениях с начала 1800-х годов, и Кушерам удавалось удерживать его все это время, даже во время войны. Когда федеральные войска захватили город в 1864 году, они сожгли все здания в центре, кроме этого ресторана. Когда янки попробовали пиво, они не осмелились поджечь это место.

– Здравый смысл.

– Единственное другое строение, которое они не сожгли, был дом Гастов, теперь гостевой дом миссис Батлер.

– Интересно, почему они не сожгли и его, - спросил Колльер.
– Они были очень рады факелам, когда начали побеждать.

– Джифф может это сказать, - сказала она.

И снова этот болезненный взгляд на лице Джиффа.

– Да ладно, Доминик. Я изо всех сил старался не допустить, чтобы эта жуткая чушь добралась до мистера Колльера.

– Я знал это, - сказал Колльер.
– Истории о привидениях. Призрачный фольклор.

– Как это бывает, - начала женщина, - когда командующий Союза послал группу людей в дом Гаста, ему пришлось посадить их на частокол.

– Частокол? Зачем, черт возьми?

– Потому что они отказались выполнять приказы.

– Они отказались сжечь дом, вы имеете в виду?

Доминик кивнула с озорной ухмылкой.

– Они сказали, что слишком боятся заходить внутрь, сказали, что там присутствует нечестивое присутствие.

Джифф нахмурился, как и ожидалось, но Колльер не был впечатлен.

– И это все?

– Нет. Потом к дому послали еще один отряд, и...
– ее глаза сверкнули на Джиффа.
– Джифф, расскажи мистеру Колльеру, что случилось.

– Блин, - пробормотал Джифф себе под нос.
– Второй отряд так и не вернулся, так что командир янки сам пошел туда и увидел, как весь отряд повесился.

– На том же дереве, на котором повесился Харвуд Гаст полтора года назад. Дерево все еще там, верно, Джифф? Тот гигантский дуб рядом с фонтаном.

– Да, но все это не что иное, как корзина, полная лошадиного дерьма, мистер Колльер.

Колльер усмехнулся.

– Я должен сказать тебе, Джифф, это захватывающая история, но... я ни во что из этого не верю. Так что можешь расслабиться.

– Слава богу...

– Местный фольклор всегда интересовал меня, но в конце концов, - сказал Колльер и сделал паузу для эффекта.
– Я не верю в привидения.

– Но Джифф прав, - добавила Доминик.
– Здесь много историй о привидениях, типичных для любого города времен Гражданской войны. Забавно, что наши истории немного жестче, чем у большинства.

– Жестче?
– спросил Колльер.

Джифф снова вмешался.

– Так, вау, это действительно интересно, что это пиво существует со времен войны. Я даже не знал, что у них было пиво в те времена.

Колльер знал, что Джифф отчаянно хотел сменить тему.

"Но почему глупые истории о привидениях так его беспокоят? Еще одно южное клише? Неужели люди с юга более суеверны, чем кто-либо другой?"

Колльер сомневался в этом. Но педант в нем не мог устоять перед отвлекающим замечанием.

– На самом деле, Джифф, пиво существует уже как минимум 8000 лет, и в более ранних цивилизациях оно было основным углеводным продуктом. До того, как человек понял, что может превращать зерно в хлеб, он превращал его в пиво.

Доминик подчеркнула:

– Ранние кочевники обнаружили, что могут варить молотое зерно, например, ячмень, пшеницу и просо, и есть его как кашу. Но когда они случайно оставляли его лежать или когда дождь наполнял их запасы зерна, оно бродило и становилось элем. Оно имело ту же пищевую ценность, что и хлеб, но не портилось, как хлеб, из-за содержания алкоголя. И давайте не забывать еще один факт. От хлеба не получаешь опьянения. Хочешь верь, хочешь нет, Джифф, пилигримы, высадившиеся на Плимутской скале в начале 1600-х годов, должны были поселиться в Вирджинии, но они высадились в Плимуте, потому что их запасы эля иссякли.

Колльер и Доминик провели следующие полчаса, шутя о пиве. Когда он предложил купить ей еще, она отказалась, сказав то, что Колльеру показалось странным:

– Нет, спасибо. Я никогда не пью больше одного пива в день.

Колльер нашел это поразительным.

– Но вы же пивовар, ради Бога.

– Ну, в этом-то и суть, - она сказала все это очень небрежно.
– Я христианка. Я не позволяю себе напиваться. Вы знаете, наше тело - храм Господа, и все такое.

Взгляд Колльера метнулся к кресту на ее шее.