Подумав, перебрала в памяти всё, что было связано с княжичем, и неопределенно качнула головой.

— Он не успел мне навредить, ваша светлость. Но вы правы, планировал. Он оскорблял меня из-за происхождения, собирался лишить дома. Писал унизительные сообщения… Это не делает ему чести. — Спокойно перечислив прегрешения княжича, о которых князь наверняка уже и сам всё выяснил, иначе бы не стал даже начинать этот разговор, я скупо усмехнулась. — К счастью, его подлость не удалась, а своего происхождения я не стыжусь.

— И готовы его простить? — пытливо прищурился князь.

Я же, небрежно поведя плечом, заявила:

— Я не из тех, кто годами лелеет обиды, ваша светлость. Но я, честно говоря, удивлена, что со мной об этом говорите вы… А не он.

— Что поделать, — усмехнулся Долгорукий. — Иногда приходится вмешиваться в жизни даже выросших детей, когда они не справляются сами. Ведь именно так поступают ваши предки. Да, Полина Дмитриевна?

Тц. Уел…

— Как бы то ни было, — снова заговорил мужчина после небольшой паузы, когда я так и не ответила, — я искренне прошу прощения за всё, что нагородил Игорь. Мы обсудили с ним сложившуюся ситуацию и он обещал мне, что впредь будет благоразумен и не позволит себе в вашем отношении грубостей и глупостей. Более того, со своей стороны обещаю оказать всяческое содействие вашим благородным начинаниям, особенно касательно реабилитационного центра. Здание, оборудование, персонал, свои люди в ведомстве — чем могу, помогу.

Ну просто аттракцион невиданной щедрости! Это как же их припекло? И что Ржевский там учудил на самом деле? Надо будет расспросить.

— Вы так добры, — улыбнулась, изо всех сил стараясь делать это без ехидства, ведь прекрасно понимала, что он был вынужден. И это не веление души, а элементарная политика. — Отрадно слышать, что в нашей губернии есть люди, неравнодушные к острым социальным проблемам населения. А можно личный вопрос?

Князь удивился, но кивнул.

— Вчерашний разлом — он первый, открывшийся на вашей территории? Или очередной?

Поколебавшись и явно не желая отвечать, князь задал свой вопрос:

— Вами движет праздное любопытство или исследовательский интерес?

— Второе. Исключительно второе, ваша светлость.

— Не первый. Второй за этот год, третий за пять лет и примерно двадцатый за последние два века. В последнее время, как вы уже сами наверняка знаете, разломы стали появляться чаще.

О, да. Я знаю.

В любом случае всё равно ничего не понятно, но дико интересно.

Танец завершился, князь, проявляя положенную ему вежливость, вернул меня Савелию, снова заверив, что безумно рад знакомству, ну а я вдруг резко оказалась всем нужна. Особенно молодежи.

К нам подходили молодые врачи и бароны, любопытные профессора и другие награжденные в этот вечер, и всем было безумно приятно со мной познакомиться и спросить лично: кого я спасла и как именно.

Честно признаваясь, что бойцов нашей великой империи, причем из числа элитных спецподразделений, остальное нагло умалчивала, не стесняясь лгать, что давала подписку о неразглашении. И рассказывать об этом не имею права. Кто-то верил, кто-то нет, меня это волновало мало и где-то через час, окончательно устав от этого хоровода лицемерия, я утащила Дока в закуток между монстерой и драценой и потребовала:

— Савелий, а давайте мы меня уже эвакуируем? Я устала. Медальку получили, глаза помозолили, пироженку съели — пора и честь знать.

— Желание дамы — закон, Полиночка, — добродушно рассмеялся Док и, махнув рукой Тимуру, который всё это время приглядывал за мной издали, повел на выход.

Время близилось к девяти, когда мы подъехали к дому. Потихоньку смеркалось, Док всю дорогу балагурил, не прекращая, так что в дом мы вошли вместе и я смеялась, не заподозрив подвоха, когда переступала порог.

А потом было уже поздно.

Вокруг засияло, заискрило, взорвалось фейерверком и раздались многочисленные радостные возгласы, в первый миг дезориентировав так сильно, что я едва не облачилась в доспех. Спас Док, крепко держащий меня за руку, а потом я поняла, что это не нападение, а поздравления и неуверенно улыбнулась, пытаясь понять, кто эти все нарядные люди. Ну, Ульяну узнаю… А Олега тоже. Дениса, Айдара, Борю… Хм, а Дарья-то у нас красотка. А это неужели Ирина? Зефир, Борей, Дуб, Троян… Красавица Алевтина. Элегантная Светлана Прокопьевна… А этих ребят я вообще впервые вижу!

— Обычно по традиции мы купаем награжденного в брызгах шампанского и он пьет до дна из литрового кубка, — ко мне подошел иронично улыбающийся Егор с вычурным старинным кубком в руках, — но учитывая твои вкусы, решили сделать небольшое исключение. Здесь сок. Мультифруктовый. До дна, Полина.

— С ума сошли? — Я прикинула объем кубка, в котором было навскидку не меньше заявленного литра, но Стужев улыбался слишком загадочно и я вытянула шею, чтобы заглянуть внутрь. Хм, а налито-то на донышке. Фух, ладно. — Ваше здоровье, дорогие мои! Пусть оно вас никогда не подводит!