Капитан группы поддержки не сводила глаз со спины Зака. Мои слова заставили его оглянуться через плечо как раз вовремя, чтобы заметить, как она покачивает бедрами, сидя на шпагате — намек более чем ясный — и слегка машет ему рукой.

Каждый парень в команде замедлил шаг, их внимание переключилось с мяча на задницу брюнетки.

Лицо Зака было скучающим, когда он повернулся ко мне и равнодушно пожал плечами.

— Не интересно? — Я бросил ему баскетбольный мяч обратно, чтобы надеть футболку.

— Не-а.

— Как же так?

Он изобразил задумчивое лицо, перекидывая баскетбольный мяч из одной руки в другую. — Мне нравится побольше загадочности.

— Хорошая погоня, — весело выдохнул я, потому что точно знал, что он имел в виду.

Он подмигнул, жуя жвачку и ухмыляясь, прежде чем присоединиться к команде.

Мои глаза переключились на дверь, открывающуюся на другой стороне спортивного зала, и мой незаинтересованный взгляд стал горячим.

Она вошла вся такая жизнерадостная и энергичная. Все чирлидерши немедленно вышли поприветствовать ее, и именно тогда я увидел, во что она была одета — чертова форма чирлидерш.

Раньше я никогда не обращал особого внимания на их одинаковые наряды. До сих пор.

Я внезапно почувствовал шумиху, из-за которой все игроки моей команды, казалось, сошли с ума.

Короткая, обтягивающая юбка, которая скандально заканчивалась прямо на ее заднице, привлекая все внимание туда и к бедрам...

Топ с длинными рукавами, укороченный так, что заканчивался прямо под грудью, выставляя напоказ ее мягкий, слегка подтянутый живот.

Та самая талия, которую всего несколько часов назад обнимала моя рука.

Внезапная потребность — никогда не отпускать свои руки от ее кожи — разлилась по моим венам, побуждая меня сделать именно это.

Может быть, я бы так и сделал.

Подойдя к ним, я снова сосредоточился на ее лице.

Черт возьми, она была хорошенькой. С мягкими карими глазами, карамельными волосами и милым выражением лица, которое, я был уверен, поставило бы меня на колени.

Наталья. В этой крошечной форме чирлидерши мне очень захотелось поднять ее и трахнуть у шкафчиков.

Она помахала девочкам, прежде чем быстро направиться за трибуны, чтобы оставить там свои вещи.

Она вошла и даже не заметила меня.

Это заставило бы меня рассмеяться, если бы по какой-то причине не вывело меня из себя.

Сменив направление, я направился на другой конец трибуны. Все остальные были слишком заняты разминкой, чтобы заметить кого-либо из нас.

Она была первым человеком, которого я искал, войдя в комнату.

Нет. Вычеркни это. Я почувствовал ее еще до того, как увидел.

А она нет. Даже. Не признала меня.

Однако в тот момент, когда я шагнул в тень за трибунами, она увидела меня.

Она остановилась уже примерно на полпути, и я молча направился к ней, мои ониксовые глаза были темнее, чем моя душа.

— Привет, — выдохнула она, и я знал, что ее сердце бьется так же быстро, как и мое. Знал, что все, о чем она могла думать, это о том, что произошло ранее на уроке Дэвиса.

— Что ты здесь делаешь, amai?

— Я здесь ради игры? — Она ответила саркастическим тоном, приподняв бровь. Кровь прилила к моему члену, зная, что она всегда считала своим долгом унижать меня. По крайней мере, она думала обо мне.

Подойдя ближе, я понимающе кивнул; саркастично. — Уходи.

— Прошу прощения?

— Ты меня слышала.

Она усмехнулась. — Почему?

Еще один хороший вопрос. Еще один, на который я не смог ответить.

Не потому, что у меня не было ответа, а потому, что этот ответ, вероятно, напугал бы ее до чертиков.

Он вертелся у меня на языке.

Если она уйдет, я тоже. Мы уйдем вместе. Зак возьмет на себя руководство сегодняшней игрой. Я посажу Наталью в свою машину и ехал до тех пор, пока мы не останемся одни, и она умоляла меня взять то, что, как она знала, принадлежало мне.

— Я не могу просто уйти. — Она прокричала шепотом, бросив обеспокоенный взгляд через плечо. Было бы не очень приятно, если бы кто-то застукал нас вместе за трибунами.