Вы ж посмотрите какой обиженный! Я выпрямилась и попыталась рассмотреть этого нахала. Вновь поняла всю тяжесть бытия мелкорослых людей и протолкалась вперед, где уже подпирала кулаками бока Веселея. Такая же мелкая, как и я.

Секретаря градоправителя опознала только по росту и костюму. Серые брови и усы были плотно прилизаны к коже и выглядели примерно так, как модничали девчонки в моей прошлой жизни. Ну, прилизывали волосюшки бровей гелями и причесывали их вверх. А брови ничего так. Только тоненькими стали. Интересно, если предложить ему тоже сделать зачес, то он дар речи потеряет или наоборот начнет орать? Вон еще какие усищи отрастил! Густые. Только сейчас они покрылись клеевым налетом. Видать, плохо отмывал.

— И вам не хворать! — решила оставить девичьи примочки для девочек и поздоровалась. — Могли бы и извиниться за то, что упекли двух невиновных гражданок в обезьянник!

Мужик замер. Ненадолго. Нахмурился и брови сошлись на переносице даже не потеряв форму. Вот это фиксатор экстра-класса! Надо бы состав разузнать и продавать как гель-лак для волос. Только сначала посмотрю на реакцию кожи секретаря, а для этого…

— Я на вас не в обиде. — кивнула своим мыслям и шаркнула ножкой. — Приглашаем на вечер встреч в субботу. Да вы, наверное прочли уже объявление.

— Я уже знаю, с кем там будут встречи! — грубо ответил он. — Не хватало еще с преступниками выходные проводить!

И ушел! И даже не пояснил — кого это он преступниками считает — моих горцев или меня. Негодяй! Веселея правильно поняла мой настрой и предложила предложить моим знакомым сидельцам затащить этого серого на дискотеку. Веся, бабушка и я — за. Иришка — против. Большинством голосов было принято решение о субботних планах одного типа.

Два дня прошли в заботах и украшательствах. Заботливо трепались везде о предстоящем событии и украшали зал всяко-разно-разнообразно. Рубэн и Алмас приняли предложение и мы сочли, что это есть хороший знак. Тания Власовна за это сняла им комнату в центре. Так и сказала: "Сняла комнату в центре". То, что это не центр города, а центр дома-барака на окраине, мы узнали уже по факту.

— Ну вот! — махнула она рукой в сторону дома. — Три квартиры. Ваша вторая и комната посередине. Самый центр.

Мужики решили, что если будут подписывать какие-то документы с бабушкой, то будут вызывать юриста.

Было немного странно наблюдать за двумя крепкими и высокими мужчинами, одетыми с иголочки, входящими в столь непрезентабельное жилье. Наблюдали за ними всей улицей. Молодые девушки и женщины проводили их заинтересованными взглядами, а мужики приосанились и втянули животы.

Марта Дмитровна постаралась на славу и из двух мужиков лихого вида сотворила красавцев. Черные рубахи-туники, украшенные белыми полосками на груди, обтягивали сильные руки, плечи и спины. На ногах черные узкие штаны, заправленные в высокие сапоги. Волосы и бороды привели в порядок. Им бы еще шапки волосатые да сабли изогнутые и… упекут их обратно в кутузку. Нельзя в городе открыто оружие носить.

Настал день икс! Товарищи музыканты с гитарой, флейтой и гармонью обустраивались в центре у стены на возвышении для чтецов. Вдоль остальных стен выстроились столы. Стулья были, но мало. Впрочем, мы тут не сидеть пришли!

— Весь, а где тот музыкантишка? — уточнила у напарницы, глядя на скудно прибывающих людей.

— Придет. — уверенно ответила она. — Не волнуйся! Его дело уже взяли на особый контроль и он должен нам по самые брови.

— А секретарь? — вспомнила, услышав про брови.

С горцами-итальянцами разбиралась тоже Веселея. Хотела я, но они быстро нашли общий язык и быстро порешали все вопросы.

— Будет. — коротко ответила Веся.

Иришка и Тания Власовна стояли на входе, встречали всех улыбками и предлагали оттопыриться. Все кивали, улыбались в ответ и проходили танцующими походками под мелодичные наигрывания, оставляя блюда на столах и монетки в копилке из старой вазы.

Я с Веселеей мотались из угла в угол, пытаясь прибрать неприбранное, спрятать страшное и выставить вперед красивое. Не все имеют талант в кулинарии и приходится выкручиваться методом перестановки. Мы тоже постарались и напекли-наварили-нажарили-напарили всяких вкусностей. Да, помогали наши повара! Но они сами требовали присутствия и непосредственного участия! Вон стоят, топчутся в уголке и рассматривают прибывающие угощения. Люди их не интересовали. Профдеформация во плоти!

Градоправитель, Мир Валерьевич, тоже заявился на праздник. Уж больно ему интересно стало — с какой такой стати его супруга обшила двух криминальных элементов. Марта Дмитровна блистала и сверкала новым бордовым нарядом и жадно рассматривала ниточки под потолком, на которых крутились сердечки, звездочки и всякие висюльки. Гирлянды тоже были. Прям Новый год, только летом и без елки.

О! Вот и секретарь! Недовольный какой-то. Алмас и Рубэн шли рядом, как телохранители, отчего вся женская часть приковала взоры к "приклеенному". А как его зовут-то? Ладно, потом разберемся.

Роза Иосифовна со всеми своими родственницами, а также с сыном и мужем, почти влетели, позвякивая украшениями. Их колючие и оценивающие взгляды моментально пробежались по гостям, разбирая на атомы. Бабушка настойчиво свела местных евреев с Мартой Дмитровной и местными сплетницами и те принялись "дружить", переговариваясь о присутствующих. Это было видно по некультурным тычкам пальца во всех и каждого.