– Дамир Александрович, вызывали?
– поднялся с дивана гвардеец.

– Да, мне нужен от тебя десяток бойцов, самого крепкого телосложения. Двоих в костюм и бронники. Остальных в тактическую экипировку с оружием. Плюс Балаклавы. Ну, сам разберешься. Чем страшнее, тем веселее. Всех усаживай в джипы, что привезли сегодня. По два или три человека. Двоих в костюме со мной в седан.

– Я чего-то не знаю?
– с подозрением уточнил начальник сегодняшней смены.

– Да нет, всё нормально. Мы просто развлечемся. Если не поймут по-хорошему, трудностей не будет.

Мы мчались по ночному Екатеринбургу. Редкие прохожие, которые видели нашу колонну, неодобрительно качали головой. В принципе, они были правы. Мы ехали на черных машинах, на которых вместо номеров был только герб нашего рода. Скрещенные мечи на фоне короны. Мой седан был в центре, а сзади, в форме треугольника, выстроились джипы. Пользуясь ночной дорогой, мы ехали, не обращая внимания на правила. Благо, на улицах было хорошее освещение, дороги и пешеходные переходы были только на светофорах, которые горели для нас зеленым. А с нашей скоростью мы успевали проехать огромное количество перекрестков. А для редких пешеходов и машин мои водители включали и сирены, и мигалки, разгоняя зазевавшихся людей.

Мы направлялись в индустриальную зону на севере города, где находились железнодорожные станции. Цель нашей поездки была одна - дать людям понять, что я не потерплю дальнейших беспорядков в бывшем Екатеринбургском княжестве. Обычный человек с улицы не может организовать такие беспорядки.

Я, как князь, могу это сделать, имея свою гвардию. Но продавец овощей с площади Романова, который бежал на меня сегодня с битой, не может такое сделать. То есть, в теории, он может позвать знакомого, тот еще пригласит парочку. Но не на таком уровне. Было видно, что люди с хорошим боевым опытом делали это. Правильные позиции как стрелков, так и самих баррикад, где были организованы бойницы с превосходным углом обстрела, но незаметные с другой стороны. Да и само оружие наводило на определенные мысли. Ведь у многих пойманных людей было боевое армейское снаряжение. Только гранат наступательных и оборонительных было изъято десятки.

Эти люди не охотники на уток с их воздушными шарами. Вечером Безухов скидывал фотографии десяти убитых митингующих. У всех были армейские татуировки над сердцем в виде пули и группы крови, или банальный скорпион с открытыми клешнями, что означало, что человек участвовал в боевых операциях, а не красил траву в части... Было несколько татуировок спецподразделений.

И каждый из этих людей, по военным базам Давыдова, несколько лет как ушли со службы. Утром, наблюдая на митингующих, я хотел встречи с этими людьми, чтобы убедить, сдать мне самых отмороженных, жадных до крови бойцов. Помочь этим заведениям и клубам выйти из тени. Стать официальными. Может быть, дать им шанс в гвардии рода или, если повезет, в гвардии княжества.

Теперь я еду объяснять им на их языке, как они неправы. Но искать каждого такого воина, который сегодня гнал людей на митинги и стрелял по Романовым, не найти. Пусть этим занимаются их товарищи, бывшие командиры. Я специально искал такие клубы, где руководство из бывших военных.

– Князь, подъезжаем, - произнёс водитель.

А через минуту мы остановились на большой парковке, забитой машинами. Выйдя из машины и оглядевшись, я увидел несколько представительских машин с гербами вместо номеров. Может быть, разыграть другую карту, задумался я, глядя на герб Вяземских. Нет, возможно, князь любит развлекаться на подобных мероприятиях. Но чтобы в открытую приехать на машине с гербами на собрание не совсем честных и чистых на руку людей - это нехорошо. Хотя я вот тоже приехал на машинах с гербами. Я что, бандит? Плюнув на это, я позвонил отцу Анжелы.

– Князь, вам не кажется, что для звонков уже поздно?
– сонно проговорил он.

– Угу, я тоже так думаю. Я бы предпочел спать в мягкой кроватке, а не заниматься всякой ерундой. У меня к вам дело на миллион. И от вашего ответа сейчас зависит моя репутация как Болконского и как князя Уральского. Поэтому приходите в себя и начнем разговор.

– Я перезвоню через минуту, - отключился он.

– Так, бойцы, снимаем гербы с машин. С одежды тоже. Все, что может вас выдать, снимаем. И в темпе, ребята! В темпе!
– повернулся я к гвардейцам.

– А номера вешать?
– спросил водитель.

– Нет, ничего не нужно. Снимайте и по машинам. Я скажу позже, как будем работать. Достав зазвонивший телефон.

– Да, слушаю.

– О чем вы хотели поговорить?

– Вспомните, что вам сказал Вяземский, когда требовал, чтобы вы ушли к нему.

– Хм, если вкратце, то я должен выйти из вашего рода, сказать, что вы предали принципы аристократии, и войти в их банду.

– А если не вкратце?
– нервно нарезал круги возле машины.

– А если не вкратце, то я не помню, - покаялся Юсупов.

– Это очень плохо, - грустно заметил я.

– Согласен, может, вам запись разговора скинуть? Так ведь проще, - поинтересовался тесть.

– Запись? Разговора?
– саркастически поинтересовался я.

– Ну да, - в его голосе послышалась неуверенность.

– И часто вы записываете разговоры?
– вздохнул я.