Шрифт:
Японских мастеров тогда задержали на улицах. Видимо, кто-то из наших все же проговорился дядюшке. Он был слишком хорошо осведомлен о наших действиях.
Но нам было проще. Дядюшке нужны были живыми и я, и Багратион для подписания документов. Нас же ничего не ограничивало.
Вырвавшись из кольца врагов, я заметил, что Фудзивара сражается с моим дядей. Но, судя по ране на ноге, долго он не продержится. Я бросился помогать именно ему.
Удар, пригнуться, удар, отскок, левой правой в печень.
И все бы ничего, если бы мои удары не были бесполезными. У меня есть сила, но нет знаний, как реализовать эту силу. У Фудзивары есть знания, но нет силы. А у моего дяди есть и сила, и знания. И у нас была патовая ситуация. Я не давал Болконскому убить Фудзивару, а дядя не мог убить меня.
Правой левой в печень. Пригнуться. Левой правой, отскок. Неожиданно, дядя, скинув куртку, срывается с места и, поймав Акено за волосы, наносит ему удар в нос. Когда японец сложился от боли, дядя бьет его в висок локтем. Сила была такой, что Фудзивара буквально влетает в землю и просто остается лежать неподвижно. Резко отпрыгнув от японца, дядя поворачивается ко мне, его лицо искажено гримасой ненависти.
– Племянник, ну ты что меня бесишь? Просто уйди в сторону!
– сердится дядя.
– Ты слишком наивен, дядя, - отвечаю я, тяжело дыша.
Дамир, помоги!
– раздался откуда-то крик Анжелы.
Я побежал на крик. То, что я увидел, казалось, что девушек зажали какие-то упыри и закидывали их гранатами.
Я достал свою берету и просто опустошил всю обойму в ближайшего бойца. В другого я кинул уже пустой пистолет, чтобы хоть как-то его отвлечь. Добежав до третьего, я с разбегу пнул его в колено. Теперь он не сможет ходить очень долго.
Убедившись, что третьего девушки допивают сами, я побежал обратно.
Но наша ситуация не становилась лучше. Багратион, конечно, очухался и теперь сражался с дядей. Но Колчак так и не мог подняться, его целенаправленно давили всем доступным оружием и техниками.
Теперь мне надо было помочь именно моему куратору. Он единственный, кто сейчас может дать отпор пермскому генералу.
– Князь, вот не ждал увидеть вас возле себя, - удивился Колчак, когда я скатился к нему в воронку.
– Да я вот тоже, не ожидал, что самый сильный человек с нашей стороны будет сидеть в окопе, - ответил я на его выпад в мою сторону.
– Так это. Стреляют!
– усмехнулся он, прикрывая голову.
– Вы-то, долго тут лежать будете?
– прокричал я, прикрывая голову от очередного взрыва.
– А, что? Уже пора в бой вступать? Тогда отвлеките этих стрелков. И я смогу нормально убраться отсюда, - крикнул он в ответ, а его засыпало землей после нового взрыва.
– Тогда я побежал, - и вскочив на ноги, я полез в сторону стрелков. Пару выстрелов мой щит должен выдержать.
Стоило мне выбраться из укрытия, как я был отброшен взрывом в сторону. Откашлявшись, я заметил сыновей Багратиона, которые отстреливали врагов. Взяв их за шкирки и объяснив ситуацию, я указал, куда им нужно сейчас стрелять и продвигаться.
Взяв автомат, который валялся рядом, я пошел подавать пример. Нам нужно было дать хотя бы пару мгновений Колчаку, чтобы он смог прийти в себя и выбраться из ловушки.
В общем, Колчак смог оттуда выбраться и сразу же направился в сторону Пермского Болконского. А я снова погрузился в перестрелки, давая возможность ему дойти до сражающихся Багратиона и дяди.
Бросив взгляд на них и убедившись, что Колчак добрался, я снова погрузился в перестрелку. Мне просто необходимо было отбросить Пермских бойцов с территории поместья, где их смогут подавить наши силы. Плюс там где-то должны быть японские мастера, поэтому я и дети Багратиона стреляли и бежали.
Но далеко я не успел уйти, как сзади раздался крик Колчака:
– Арсен, отвали, я сказал! Это мое решение! Я отомщу за Сашу этому уроду, сам!
И тушка Багратиона приземлилась возле нас. А там, где стояли Колчак и Болконский старший, прогремел взрыв.
Когда Пермские поняли, что их генерал погиб во взрыве, они в шоке стали опускать оружие. Не все, нет. Но достаточно, чтобы мы смогли без дальнейших потерь зачистить двор, а потом выйти на помощь за территорию.