А еще почему-то Уля стала достаточно благонадёжной, чтобы приходить в гости всем семейством. И хотя они и раньше пересекались, но за эти две недели почти никто из мужиков не появился в одиночестве, предпочтя захватить дражайшую вторую половину, а некоторые еще и потомство.

Денис веселился:

— Вот так, гроза чужого женского счастья, теперь ты полностью занята мной и поэтому безопасна.

— А раньше значит, не была?

— Ты ассоциировалась с Колькой, значит сразу становилась очень близкой, поэтому нет.

— Охренеть

— Полностью с тобой согласен. И каждое утро, смотря на тебя меня накрывает именно это ощущение — охренеть как мне повезло!

В коем-то веке слов у Ули просто не нашлось.

Полгода спустя.

Суета с утра и попытка по телефону разрешить неразрешимое. Денис организовывал себе транспорт и понимал — ближайшую неделю придется ездить на такси.

— Ден, не суетись ты так, — лениво расслабленная Улька в халате сидела в кресле и гладила Фея. — Возьми Малышку. В страховку я тебя вписала, сама доберусь на такси. Все равно весь день в магазинах проведу, а вечером заберешь или сама приеду.

— Ты без колес справишься? — удивился он от всей души.

Представить Ульку пешеходом оказалось не просто.

— Вот не надо наговаривать. У меня Малышка полнедели около квартиры стояла, пока если ездить никуда не требовалось! — возмутилась она.

— Да, извини. Забыл.

Сборы, суета с перекладыванием документов и прощание в дверях, несмотря на стойкое желание остаться. Регулировка машины под свои габариты, разница в росте и комплекции у них более чем существенная заняла пять минут. Привыкание к непривычной неповоротливой технике — час. Глядя на Ульку, управление выглядело проще, но в реальности Хаммер оказался с характером и подвохами.

Первые сюрпризы начались на трассе, где его остановили для проверки документов. Служивый под сорок долго и пристально изучал страховку и ТС, когда до Дениса как до жирафа дошло:

— С Улькой знакомы или Кольку знали?

— Кем ей приходитесь? — тут же поддержал тему гаишник.

— Как согласиться выйти — стану мужем.

— А… понимаю. Удачи, — пожелал он приветливо и от души, тут же вернув документы.

Выяснение и планирование на новом месте заняли полдня. Потом пришлось поторопиться на обратном пути и тут же нарваться на патрульную машину. Радости от собственной оплошности это не прибавило. Давешний мужик, подойдя, вместо оформления штрафа, вдруг сказал:

— Ты скорость то соблюдай. Трасса мокрая, вынесет мигом. Тебя в больницу, Малышку в ремонт. Оно надо?

— Нет. Торопился…

— На тот свет всегда успеется. Ульке привет, — махнул он рукой и отошел.

На городской площадке на выездном совещании, куда Денис все-таки опоздал, его появление вызвало странную реакцию. Кто-то обрадовался начальству, кто-то отметил опоздание, а кто-то сверлил подозрительными взглядами. Привычная легкость и умение поладить не сработали, точнее сгладили впечатление у части, но недовольные взгляды не пропали. Совещание, обсуждение, невыполнимые планы, одобренные на словах всеми участниками. Обычная бытность большой городского бюджетного строительства. Денис не рвался браться за этот объект, предвкушая предстоящий геморрой, но работе в родном городе при начале следующего объекта через четыре-пять-десять месяцев разумных доводов против не нашел.

После основного обсуждения он смог перехватить городского надзирающего от министерства дорожного строительства и завести разговор. Тот узнал машину и знал Ульяну, как соседку по улице. Пришлось представляться еще раз и тоже заявляться соседом. Подобрев Андрей Петрович вызвался обсудить ремонт дорожки, проведенный летом, и участие в городской программе по благоустройству на следующий год, которой пока не выразила желание заняться Ульяна. Договорившись проговорить вопрос предметно по-соседски на выходных, они расстались довольные друг другом.

Второй разговор с хозяином дорожной организации начался хуже — на контакт тот не шел. Пришлось идти ва-банк:

— Мы тоже соседи? Вы знаете, Ульяну? Или были другом ее брата?

Не ответив на вопрос, тот развернулся и ушел.

А вечером, проработав самое необходимое, он поехал за Улей, застал ту в цветах, точнее перед магазином на ступеньках ее и Евгения Викторовича, обсуждающих что-то за рюмкой самогона. Того самого — шикарного из последних запасов Кольки.

— Поминаем или отмечаем? — уточнил он, подходя.

Уля приподнялась и потянулась навстречу, потом осеклась и застыла. Пришлось дернуть на себя и обнять, ограничившись поцелуем в щеку, и пояснять:

— А то мне закуска понадобиться.

У нее всегда невероятно понятная мимика.

— Присоединишься? — предложила она гостеприимно.

— Я за рулем.

— Можно остаться в квартире.

Идея отлично показала степень опьянения. Хорошая внешняя устойчивость при отказе мозга.

— У тебя ремонт, у меня Скрепка.

— Логично, — и повернувшись предложила. — Жень, поехали к нам. На дом посмотришь.