— Вот! Это похоже на правду!

— Да вы… — побагровела женщина, но говорить чего-либо иного не стала, а просто с видом оскорбленного величества, громко топая ногами, утопала прочь.

— Это что за слон с лишним весом так топает? — проговорила Лина, провожая её взглядом, говоря это громко, звонко, на весь зал.

— Это мадам Эм. — подсказал нам стоящий рядом охотник, что с нескрываемой улыбкой слушал весь диалог.

— Она такая известная? — поинтересовалась сестрица, переводя на него взгляд.

— Только если печально. — пожал тот плечами, и к нему подошла его девушка, и они принялись лобызаться никого и ничего не стесняясь.

А Леди Сфера, отсмеявшись, и утерев слезы, нацепила на себя максимально серьёзную моську, насколько вообще могла, когда все так же желала ржать в голосину, и потопал дальше вместе со своими.

От автора:

Лайки?

Мадам Эм, к нам не вернулась. В место неё к нам пришла некая иная модам, представившаяся как некая Эшли. Не такая стервозная на вид, не такая длинноногая, хотя все равно высокая, красивая, стройная, обаятельная няшка… что общалась с нами примерно, как со своими детьми, если бы те вдруг выиграли некое крупное международное соревнование. И гордость, и забота, и некая отстраненность — все же призеры! Знаменитости! Нельзя слишком уж фамильярничать!

А поскольку время, что называется, поджимало, и наш ошейник на шее компетентного человека, уже стал потихоньку давить на шею этого «клиента», Эшли предложила быстрее рвать когти и лететь в магазин на всех порах.

На этих порах всех, она чуть не попала в аварию по дороге на своей маленькой машинке, на которой полетела-понесла, и когти рвала прямо на ходу. И долго-долго извинялась за столь резкий маневр пред водителем подрезанной ею машины.

Ну а потом мы прибыли в магазин. И Эшли пропала. И у Эшли сорвало крышу. Резьбу, нарезку, совесть… Дамочка забыла про время, забыло про всё! У неё ведь есть две живых куклы-манекена! Что можно наряжать! Обмерять, и… как там она сказала? Шопится! Да все не из своего кармана! Да за чужой счет!

Дошло до неё, что что-то не то, только тогда, когда сестричка ощетинилась копьями на все тело разом. Тогда, подавив страх и растерянность, возникшие из-за неожиданного опознавания ситуации, няшечка-наряжащечка, наконец очнулась, выйдя из куража «надеть этих крошек в самое лучшее! Да за их же счет!». Осознала ситуацию, и что сроки горят, и быстренько сгребла на кассу все выбранные и уже обмерянные вещи, которые мы должны были оплатить.

Двенадцать тысяч Юнь за шмотки! Без изысков и прочего! Это… две четыреста порций хорошего мороженного! Или двести сорок кило колбасы! Причем, шмоток то всего по два наряда на моську. Да плюсом порванное копьями одеяние. И наряды эти все для нас… вполне обыденные! Без изысков! И магазин, вроде как… не особо привилегированный. Или я что-то не так понимаю?

Ехать на машине до места действия, мы уже не успевали вот совсем. Так что пришлось нам бежать туда пешком, надев на себя старую одежду, а новую убрав в тайник. Ну и бежать, естественно, не туда напрямик — далеко! А в замок — он тут недалеко! Относительно конечно. А уже из замка перемещаться на место.

По выходу из камня, прям у самой его поверхности, нас встречал наш «пес в ошейнике», что почему-то решил дожидаться наших персон именно тут, с каким-то списком в руках, и прочими документами на целую стопку.

— Вот, — прохрипел он, силясь нормально говорить, имея немного придавленную шею, и протягивая к нам документы. — Все квартиры розданы, документы подписаны. Осталось только церемония вручения… ключей… но это уже… формальность… — делал он паузы меж словами для вдоха, — Все квартиры… уже нашли своих хозяев.

— Молодец. Ты хорошо постарался. — сказала сестренка, и стоя на камне, протянула руку к шее человека, стоящего на земле, и все равно немного вставая на цыпочки, хоть и могла дотянутся и так — камень, неплохо работает за табуретку!

Ошейник, от прикосновения, тут же распался на две половики, что исчезли в ручонке сестренки. Человек упал, лишившись сдавливающего устройства, упал на колено, начав отдыхивается, хватая воздух ртом, не в силах больше стоять на ногах из-за резкого притока кислорода голодающему организму. А я стал изучать его документы, что он до падения опустил на каменную плиту.

— Вполне неплохо. — быстро пробежавшись по тексту бумаг, отправленных в тайник, выдал я похвалу, — Молодец.