А спустя три года я вновь услышала его пробирающий до костей голос:
– Ты очень красивая в… свадебном платье, Камила. Твоему жениху повезло.
– Зачем ты приехал, Резван?
– Посмотреть на тебя, Ками.
– У вас с Таней красивый сын, Резван, – огрызаюсь в ответ.
«Жаль, что его отец не ты…», – хочется добавить, но я прикусываю язык. Он не знает о маленький тайне своей жены…
И о моей маленькой тайне – так похожей на него дочери…
Пролог.
Камила.
Из зеркального отражения на меня смотрит невеста… Глаза огромные, испуганные, чуть подернутый дымкой взгляд, тени под глазами… Пухлые губы, тронутые капелькой розового блеска, уложенные в высокую прическу темно-рыжие, оттенка меди волосы. Кожа отдает бледностью – даже пудра и румяна не спасают… У переносицы и вокруг губ пролегают некрасивые складки. Наверное, так выглядят несчастные невесты. И так выгляжу я…
– Ками, дочка, только посмотри, как идет тебе платье!
Мама складывает ладони на груди в умилительном жесте и часто-часто моргает… Ничего не чувствует, не понимает или… не хочет понимать. Ей так проще. Радуется замужеству девушки и взрослого мужчины. Неприятного, омерзительного, ужасного мужчины, стоит добавить. Того, кто выплатил большую сумму ради спасения моего отца от заключения… Того, кто попросил взамен меня. Теперь я его трофей. А он моя погибель. Ненавижу его всей душой… Ненавижу Давида Агарова…
– Мамочка, пожалуйста, – все-таки всхлипываю, смотря на невесту в зеркале. Не могу видеть это недоразумение… Не могу смириться. И помочь мне тоже некому… – Я не хочу выходить за Давида. Я… Он неприятен мне, он… отвратителен. Мам, она старый и страшный. И от него дурно пахнет.
– Не выдумывай, дочка, – снисходительно улыбается мама. Касается подушечками пальцев бусин и стразов на моем платье, любовно оглаживает складки, поправляет лиф. Кажется, даже дыхание задерживает от восторга. – Давид симпатичный мужчина. А у тебя… плохой вкус. И… ты должна понимать, Ками – не каждый согласится взять невесту с приплодом. Ты… Мы с отцом думали, что вообще тебя замуж не выдадим. Это же надо – забеременела непонятно от кого и скрывала ношу полгода! Если бы я только узнала раньше, Камила! – ее взгляд зло прищуривается.
– Мам, это ты… Нику приплодом назвала? Свою внучку? Разве ты не любишь ее?
Похоже, я повзрослела, наконец… Увидела жизнь без прикрас в отражении чёртового зеркала. Эх, мама… Я ведь понимала, чем кончится для меня откровенность с тобой. Поэтому и смолчала о беременности. Носила дочку под сердцем, пока живот не полез на лоб. И о ее отце тоже смолчала… Не захотела рушить его карьеру и семью. Навлекать не него позор и осуждение партнеров и прочих влиятельных людей.
– Ну… люблю, конечно, Камила, ты что?
Нутро обжигает волной горечи. Бросаю еще один взгляд в зеркало, замечая странную картинку, отражающуюся в нем. Наверное, все это мне кажется… Или я тронулась умом от волнения и переживаний. То, что я вижу невероятно… Невозможно. Как он может находиться здесь? Все это – игра моего воображения, и только! Отворачиваюсь от зеркала и пялюсь в окно. Картинка не исчезает. Напротив, приобретает очертания… Становится четче и ближе.
– Матерь Божья, Резван Месхи! – мама тоже замечает человека в окне. – Когда он, интересно, вернулся? Он же… Он… Резван!
Ноги словно врастают в землю, язык прирастает к небу… Молчу, вылупив глаза на человека, о ком я почти забыла. Почти… потому что мимолетного взгляда мне хватает, чтобы все вспомнить.
– Здравствуйте, Инга Сергеевна. Здравствуй, Камила.
– Здрасьте, – выдавливаю хрипло, складывая на груди руки. Словно прикрываясь от цепкого, прямого взгляда на меня… Ноздрей касается его аромат – пряных специй и цитрусовых, а с ног сбивает бешеная энергетика черных острых глаз…
– Ты очень красивая в свадебном платье, Камила. Твоему жениху повезло, – произносит Резван, удостоив меня вежливым кивком.
– У вас с Таней красивый сын, Резван, – огрызаюсь я. Между нами больше нет ничего! Все в прошлом, там, где он меня бросил… Поддался трусости, оставил, не защитил, предал. Ненавижу! И про Монику он никогда не узнает! Зачем он только вернулся? Именно сейчас, когда я… Когда Давид купит меня как вещь на ярмарке. Хотя… почему, купит? Он уже вывалил огромную сумму.
– Резван Отарович, вы какими судьбами у нас? – не замечая изменений моего настроения, произносит мама. – Я думала, вы обосновались в Америке, забыли о нашей дыре.
– А я… приехал посмотреть на Ками в свадебном платье, – непринужденно улыбается Резван. Ну да, ему-то о чем грустить? Он живет в Лос-Анджелесе воспитывает красивого сына от красивой жены. Жаль, что не своего кровного… Но, скорее всего, об этом Резван не догадывается – об этой тайне знаю только я…
– Ха! Наверное, Альберт вам сказал, где мы? Я угадала? – мама смеривает Резана оценивающим взглядом. Высокий, худощавый, в дорогом шерстяном костюме и нежно-голубой сорочке, он производит на женщин любого возраста неизгладимое впечатление… Боже мой, как же я отвыкла… От его темного, блестящего и пронизывающего взгляда, бархатного голоса, запаха, который я узнаю из тысячи…