Внизу обнаружился коридор, напоминающий те, что я видел в инкубаторе. К тому же, несмотря на происходящее вокруг, он был довольно чистым. Если не считать следов, оставленных немалым количеством ног. Причём тянулись они только с одной стороны.

— Судя по текстуре следов, — хмыкнула Айви, — этим путём прошли десятки тысяч кожа-кости. Если не сотни. Похоже, наша зелёная девочка очень долгое время кормилась врагами. Так и взяла двадцатый уровень.

— Откуда там так много? — напрягся я. — У них там точка респауна что ли?

— Как вариант, — кивнула брюнетка, — их там что-то… вернее кто-то плодит. Спустимся и посмотрим?

— Не торопись, — ответил я. — Для начала пообщаемся с Сиреной. Кстати, не знаешь, когда она проснётся?

— Уже, — улыбнулась Айви. — Лекарство и вода сделали своё дело.

Я обошёл дерево и вернулся к рыжеволосой девушке. Та сидела, оперевшись спиной на ствол дерева, рядом с которым она выглядела, как натуральная дриада. Она спрятала своё тело под моей курткой и потупленным взглядом смотрела на свои красивые стопы.

— Как себя чувствуешь? — задал я девушке вопрос, протягивая фляжку с водой.

Та, с опаской глядя на меня, молча приняла ёмкость. Какое-то время ещё смотрела на меня будто боялась, что отниму, а затем, вцепившись во фляжку обеими руками, с жадностью начала поглощать содержимое.

Я терпеливо ждал, когда она напьётся. Вопросов не задавал.

— Гораздо лучше, — тихо произнесла она, когда осушила флягу и вернула её мне. Затем снова начала кутаться в мою куртку. — Ещё раз спасибо, волевик.

Она опять опустила взгляд.

— Я всё понимаю, — стараясь не давить, попытался я наладить разговор, — но я хотел бы задать несколько вопросов. Ты не против?

Та подняла на меня глаза и молча смотрела около минуты.

— Хочешь узнать, что я тут делаю? — заговорила она, после чего сразу же раскашлялась. — Почему я живая? Или почему я зелёная?

— Всё это вместе, пожалуй, — развёл я руками.

— Ну-у, — протянула она, — по поводу живой и зелёной отвечу разом. Это побочный эффект улучшения кожи. Система же знает, что нам нужно в тот или иной момент. И вот, когда меня подвесили на этом дереве, она предложила мне покров, с помощью которого я смогла получать все питательные элементы из воздуха, солнечных лучей и капель дождя. Так я не умерла от голода.

— Занятно, — покачал я головой. — А то я было решил, что ты из какой-то фэнтезийной симуляции пришла.

— А такие есть? — с интересом уточнила она.

— Без понятия, — подошёл я поближе к ней.

Мы снова замолчали. Я ничего не говорил, чтобы дать девушке время привыкнуть к изменившейся обстановке и понять, что я не опасен для неё. Хотя так же пытался понять, не опасна ли для меня она.

Сирена же словно сканировала меня взглядом. И с каждой секундой выражение её лица становилось более живым.

— Ну как тебе? — нарушила она тишину первой. Причём в её голосе появилась лёгкая ирония. — Понравилась зелёная тёлка? Хотел бы такую?

— Так… — я даже растерялся, услышав подобное. — Мне кажется, не место и не время о подобном говорить.

— Ну скажи? — она будто заводилась от своих же слов. — Заценил ведь меня, когда висела вон там? Вся такая…

— Притормози, — я присел на корточки перед ней и приставил палец к своим губам. — Кажется наш разговор свернул немного не туда.

— Прости, — она игриво спрятала глаза под свой ладошкой. — Я не специально. Это всё дар. Из-за него. Он… делает меня, мягко сказать, слишком любвиобильной.

Она снова замолкла

— Даже так? А подробнее? — показалась мне эта тема интересной. Если Сирена говорит, что у неё есть недуг из-за дара, то такой же запросто может быть и у Алины.

— Правильно мыслишь, — согласилась со мной Айви.

— Тебе действительно это интересно? — удивлённо покосилась хариматичка на меня. — Я думала, ты не хотел об этом говорить.

— Я не хотел подыгрывать твоему флирту, — прямо ответил я. — А вот харизматичная тема мне интересна.

— Ну раз так, — почти шептала она. — Харизма… она сносит башню. Без любви… — она осеклась и усмехнулась. — Хотя, какая любовь? Всё куда проще — без мужика всё внутри начинает гореть. Нервы шалят, ты вскипаешь по каждой ерунде. Эмоции зашкаливают, — рассказывая об этом, она зажмурилась, показывая, что чувствует это даже сейчас. — С этим невозможно бороться. Хотя всего-то нужен просто мужик. Любой. И ты счастлива и никого не трогаешь.

— Занятная история, — хмыкнул я. — И так с каждой харизматичкой? Или это твоя особенность?

— Думаю, с каждой, — кивнула та. — Иронично, да? Нам просто нужно закрыть базовую потребность, но к харизматичке ни один мужик на километр по своей воле не подойдёт. — И оттого с каждым днём всё хуже и хуже. А в конечном итоге срывает крышу и ты выплёскиваешь это наружу… — по её щекам скользнули слезинки. — После этого любой мужчина, оказавшийся рядом, становится рабом, готовым выполнять любые капризы. А нам-то надо всего ничего. Просто немного счастья, — она потянула руку ко мне, желая коснуться моей щеки. Её лицо исказилось от боли. Явно не от физической. — Ты не представляешь, как долго я не разговаривала с мужчиной, способным не сойти с ума от моих слов.