— Будет исполнено, князь.

Рябов, низкорослый богатырь, любивший крепкую броню, частенько напоминал мне фэнтезийного дворфа. А ещё из-за своей мощной и одновременно компактной комплекции он был отличным пулеметчиком, потому что удерживал оружие с минимальной отдачей.

В город мы въехали на полном ходу, попутно Рябов дал короткую очередь по мракоборцам, дежурившим у деревянных ворот. Эта преграда наши боевые машины не остановила, мы снесли их и не заметили, легко проехали на улицу городка.

— Действуем аккуратно, тут много гражданских, — приказал я людям и одним из первых выскочил на улицу, следом последовали и остальные, пока Рябов прикрывал нас из пулемета на крыше первого броневика.

Мракоборцы только-только стали приходить в себя и выскакивать из домов. У большей части из них в руках были сабли, копья или мечи. Один, правда, выскочил со щитом в руке, но ему это не очень помогло, прошило насквозь. И лишь с запозданием к делу подключились вражеские стрельцы, открыв по нам огонь из мушкетов и тех самых винтовок с ручным затвором, которые мне доводилось видеть на их базе.

Тра-та-та-та-та! Пулемет громыхал, отвечая на эти выстрелы, кажется, Рябов вошел во вкус и даже хохотал, поливая врагов свинцовым дождем. Тут я тоже ухмыльнулся, представляя их реакцию от такого невероятного и разрушительного оружия. Скорее всего, мракоборцы и понятия не имели, что может существовать огнестрельное оружие, ведущее столь быстрый темп огня.

За менее чем минуту мы положили, наверное, человек двадцать мракоборцев, и кажется, даже одного волхва, при этом стрелял только Рябов, остальным сражаться не пришлось. Наконец грохот затих, дуло ствола раскалилось настолько что я видел исходящий жар, даже стоя чуть в отдалении. Больше на нас пока никто не пер, но это ещё ни о чем не говорило, просто мы отстреляли самых тупых и смелых, а вот люди поумнее, скорее всего, затаились и ждут момента, чтобы ответить.

Что и требовалось доказать. Стоило нам продвинуться в город чуть дальше, как по нам открыли огонь откуда-то издалека. И стреляли не по бронемашине, а по тем, кто находился снаружи. Я прикрывал народ своими силами, отклоняя пули, а Рябов тем временем уже развернул пулемет в сторону позиции врага и вновь дал длинную очередь, прошибающую второй этаж бревенчатого домика на параллельной улице.

После этого вновь воцарилась тишина. Лишь где-то в отдалении были слышны чьи-то крики и возгласы, но кажется, это были гражданские.

— Юлианна, Марцевич, вы возглавляете второй и третий отряды. Действуем как обговаривали, контроль и полная ликвидация, — скомандовал я и, дождавшись ответов, махнул своему первому отряду, в который вошла Ксюша, чтобы следовали за мной. Самое время взять этот городок под контроль.

Пулемет грохотал ещё не раз, да и по нам продолжали стрелять то тут, то там. Я уже отправил один отряд обойти мракоборцев и ударить в тыл, как случилось нечто неожиданное: в тыл зашли к нам, и зашли очень мощно. Среди мракоборцев оказался огромный богатырь, который, наверное, раза в полтора больше Лёни. Двух с половиной метровый гигант с руками как поленья, и веса в нем по ощущениям кило триста, учитывая гору металла, в которую он был облачен.

Пока прикрывающие его стрельцы и несколько пехотинцев стали стрелять по нам, сам великан на полной скорости врезался в броневик, тараня его щитом. Рябов не успел развернуть пулемет на сто восемьдесят градусов и дал короткую очередь от неожиданности куда-то в сторону, а богатырь тем временем уцепился за борт и стал переворачивать бронемашину.

Проклятье, да он же её сейчас перевернет!

Осознав это, я бросился в сторону машины, оттолкнувшись от триплексов, брошенных под ноги. Успел со своим отрядом отойти от транспорта на сотни полторы метров, так что требовалось время, чтобы вернуться.

Летящие в меня пули меняли траекторию и проскальзывали рядом.

— Нет-нет-нет-нет! — кричал Рябов, когда броневик уже практически оказался на боку.

И тут рядом оказался я, бросил триплексы на землю, соединил их с металлической броней врага магнитной линией и толкнул. Правда, маны на то, чтобы сдвинуть его, потребовалось гораздо больше, чем думал.

Богатыря отбросило метров на двадцать, он кубарем покатился по мостовой, гремя металлом, но практически сразу вскочил на ноги и зло посмотрел на меня сквозь прорези шлема. С ревом разъяренного вепря он бросился на меня, выхватывая из-за спины меч, чем-то напоминавший тесак. Я даже не шевелился, дав знак Рябову, чтобы тот не стрелял. Пулеметчик правильно всё понял и открыл огонь по союзникам богатыря, что продолжали вяло постреливать по нам.

Эта гора мышц и металла оказалась совсем близко, когда я поднял руку и резко заставил его упасть на колени. Тот не смог сопротивляться и рухнул на землю, после чего я сдавил магией его шлем, заставив мужчину зарычать от боли и попытаться сорвать его с себя. Не вышло. А следом я просто добавил к этому вращающее движение, сворачивая тому голову.

Быстро и эффективно.

Рябов при виде этого чертыхнулся и что-то пробормотал. Видимо, для него было жутким то, что я убил столь сильного воина легким движением руки.