Однако, истина, пришедшая перед последним боем, стала откровением. Всё было не зря, да? Вся пролитая кровь, боль, утраты. Только лишь для этого самого момента. Спасения чёртового мира. Всего-то нужно убить своих учеников и старого друга. Сложно? Непреодолимо?
Спойлер: я справился.
По итогу меня не ждали ни в раю с объятиями добра, ни в адском пристанище с раскаленными вилами. А новый мир. И новая судьба. И где-то там маячит новый выбор...
Глава 1
Петербург просыпался неспешно, как и подобает имперской столице. Тяжёлый туман полз с Невы, укутывая гранитные набережные и крыши домов. Первые лучи апрельского солнца пробивались сквозь марь, золотя шпили соборов. Зазвонили колокола. Заскрипели повозки, гружёные рыбой. И закричал первый торговец, расхваливая свежую газету за полкопейки.
Вполне обычное утро, пока дозорный форта Кронштадт не посмотрел в подзорную трубу. Его брови вздёрнулись на дыбы. Тут же протёр линзу, снова уставился в окуляр, и побледнел.
— Господин капитан, — прохрипел он точь Фома неверующий. — Там… корабли.
Капитан гарнизона с пышными усами и лохматыми бакенбардами, только-только покончивший с утренней кашей, недовольно крякнул.
— Корабли? Ну и что? Мы как раз ждём торговый конвой из Дании, запамятовал, что ли, бестолочь?
— Это не датчане, господин капитан. Британцы!
Усач поперхнулся.
— Кха-кха! Сколько?!
Дозорный сглотнул.
— Двенадцать вымпелов, командир! Четыре линейных, три фрегата, пять транспортов. Флагман… — он прищурился. — «Несокрушимый». Королевский штандарт на грот-мачте!
Провизжал стул по полу.
— Королевский?! — капитан вырвал трубу у дозорного и вперился в горизонт. Из утреннего тумана, как призраки, выступали силуэты кораблей. Тяжёлые, закованные в эфирную броню корпуса. Пушечные порты закрыты, но от самого флота исходила такая концентрация эфирной мощи, что даже на расстоянии нескольких километров ощущалось покалывание в висках.
Над флагманом, рядом с красно-синим полотнищем Британии, действительно развевался личный штандарт королевы. А ниже — белые вымпелы парламентёров.
— Святые угодники! — выдохнул капитан. — Срочное донесение в Адмиралтейство! В Генеральный Штаб! И лично Его Императорскому Величеству! Британский королевский флот в акватории Петербурга! Идут под белым флагом! ЖИВО!
К полудню весь Петербург стоял на ушах. Новость о прибытии британского флота прокатилась по городу быстрее любого вестника. Зеваки облепили набережные, как мухи сладкое. Извозчики ломили тройную цену за поездку к порту. Газетчики охрипли, надрываясь:
— ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК! БРИТАНСКИЙ ФЛОТ У БЕРЕГОВ СТОЛИЦЫ! КОРОЛЕВА ИЗАБЕЛЛА ЛИЧНО ПРИБЫЛА В ПЕТЕРБУРГ! ЧИТАЙТЕ ПОДРОБНОСТИ!
— Это война?! — верещала купчиха, прижимая корзину с пирожками.
— Да какая война, дура! Белые флаги же! — рявкнул на неё усатый отставник. — Это очередные переговоры!
— А чего переговоры с пушками-то?!
— А чего без пушек? Голыми руками, что ли?
Люди спорили, судачили, строили теории одну безумнее другой. Кто говорил, что Британия отдаёт все колонии. Кто, мол королева приехала за тайным оружием. Нашлись и те, кто уверял, что британка просто заблудилась.
Но в Зимнем Дворце никто не шутил.
Император Николай Дубов — высокий, широкоплечий с аккуратно подстриженной седеющей бородой и стальными серыми глазами, стоя в своём кабинете и заложа руки за спину, смотрел в окно. Белоснежный мундир безупречен. Осанка, как отлитый в бронзе монумент. Но пальцы за спиной сжаты, напряжен. Воевать с Британией? В такое время, когда беда на Восточной границе? Империя не потянет битву на два фронта.
— Повторите, — произнёс он, не оборачиваясь.
Канцлер Пугачёв, худощавый старикан с лисьим прищуром, откашлялся.
— Ваше Императорское Величество, британская делегация запросила официальную аудиенцию. Предварительная нота, доставленная гонцом с «Несокрушимого», содержит три пункта. Первый — личное послание королевы Изабеллы. Второй — дипломатическое предложение, которое они желают обсудить исключительно в присутствии Вашего Величества. И третий… кхм-кхм.
— Ну? — Николай слегка повернул голову. — Не тяните.
Канцлер снова откашлялся. Он делал так каждый раз, когда чувствовал себя неловко, что случалось крайне! Крайне редко.
— Третий пункт, Ваше Величество, содержит имя: Александр Северов.
Император обернулся. В стальных синих глазах не было удивления. Лишь заинтересованность.
— Северов значит, — повторил он ровно. — Любопытно. Продолжайте, канцлер. Что именно они хотят обсуждать в связи с этим именем?
— Нота формулирует это как «вопрос восстановления территориальной справедливости в отношении Северного Княжества». Детали обещают раскрыть на аудиенции.
— Вот как.
Император вновь отвернулся к окну. Внизу, на площади, суетились гвардейцы, выстраивая почётный караул. Несколько лет назад он лично подписал совместный договор с Британией о разделе Северного Княжества между ними. Решение было вынужденным, политически обоснованным. И, как он полагал, окончательным. Но они вновь поднимают этот вопрос. Вот вам и мирное соглашение, что б их! Не прошло и десятка лет, как партнёры оскалили зубы.