Я видел, как отряд Горбага наткнулся на группу гонцов, пытавшихся прорваться из лагеря. Короткая, яростная схватка. Через тридцать секунд на земле лежало пять трупов в форме королевских посыльных.

Орочьи крики разносились по всему лесу. Они доносились то справа, то слева, то сзади. Это создавало полную иллюзию, что их тысячи, что они везде. Что из-за каждого дерева, из-за каждого куста на тебя может выскочить клыкастая, злобная смерть.

Вся уверенность армии Рейпла, заработанная за десятки отбитых стычек, убеждённость в своей силе и трусости орков сейчас таяла, как мороженное в микроволновке.

Я гонял Рой изо всех сил, парил над полем боя, как бог этой маленькой, рукотворной войны.

Мой разум был центральным процессором, обрабатывающим сотни потоков информации одновременно. Координация между орками и эльфами, ещё недавно немыслимая, работала безупречно. Отряды не путались друг у друга под ногами, не нападали друг на друга, каждый отрабатывал удар в своём месте.

Я видел, как одна крупная группа бруосакцев, около сотни человек, всё-таки смогла организовать подобие обороны. Они сбились в плотный круг на одной из немногих относительно открытых полян, выставив щиты и копья. Их командир, рослый рыцарь в дорогом доспехе, пытался восстановить порядок.

Они были слишком крепким орешком для одного орочьего отряда.

«Орофин, участок в четверти мили на запад, — послал я короткую команду. — Выбей командира и капралов».

«Принято», — пришёл ответ.

Через пару минут я увидел, как четыре эльфийские стрелы, пущенные с разных сторон, пробили доспех рыцаря.

Доспех был хорош и жизненно важные органы защищал, однако четыре стрелы — это не шутка. Рыцарь взревел и упал, несмотря на то, что его подхватили подчинённые, он оказался слишком тяжёл для них и бессильно осел.

Два орочьих отряда, которые находились неподалеку, немедленно ринулись в атаку. Они выскочили из леса с противоположных концов поляны, издав свой леденящий душу боевой клич.

Бруосакцы дрогнули. Лишённые в одну минуту и командира, и подвергнувшись атаке с двух сторон, они разомкнули строй. Часть развернулась в одну сторону, часть в другую. Их идеальный оборонительный круг распался. Орки ворвались в образовавшиеся бреши, нанося короткие, рубящие удары, и тут же отступили, оставив нескольких раненых и убитых врагов.

В это время орков поддержал Фаэн и его эльфийская сотня, которые ударили с другого фланга.

Порядок снова сменился хаосом.

Партизанские атаки и леденящий душу ужас перед живым лесом сделали свое дело. Воля вражеской армии сломалась, как сухая ветка. Паника, до этого бывшая разрозненной, слилась в единый, всепоглощающий поток.

Солдаты начали массово бежать.

Это было уже не тактическое отступление. Потеряв командование, роты и батальоны начали давать дёру. Многие офицеры, утратив всякий контроль над ситуацией, бежали вместе со своими людьми. Дисциплина, главный козырь любой регулярной армии, испарилась.

Они бежали в разные стороны, как тараканы, по которым ударили сапогом. Но куда бы они ни сунулись, их ждали либо непроходимая чаща, либо свист эльфийской стрелы, либо рык орка из-за спины.

В Рое раздался торжествующий ментальный клич Мангришта Змеелова. Я подключился к его восприятию. Орк стоял на поваленном дереве, оглядывая бегущую в панике толпу. Его топор был в крови.

«Они бегут, Владыка Орды! — передал он, и в его мыслях чувствовался азарт погони. — Бегут, как напуганные овцы! Прикажешь добить их?».

«Нет, Мангришт, — ответил я. — Их слишком много. Твоя задача изменилась. Вы больше не охотники. Вы пастухи. Не мешайте им бежать. Просто подталкивайте. Гоните их на север. Не давайте им остановиться, не давайте им опомниться. Основное блюдо ждёт их там».

Но главным был командный шатёр Рейпла.

Он был разорван в клочья, но вокруг него всё ещё держались около двухсот человек. Это была его личная гвардия и они были отличными бойцами, лучшими из лучших. Они смогли сохранить строй и теперь отбивались от наступающего леса, как могли. И в центре этого островка отчаяния стоял сам Рейпл Златогривый.

Его сияющие доспехи были помяты и испачканы грязью. Золотые волосы спутались, но он всё ещё был генералом.

«Лиандир, — послал я приказ. — Действуй».

Ответа не последовало. Он был не нужен.

Земля прямо перед лордом Рейплом начала подниматься. Не хаотично, не как при росте леса, а ровным, аккуратным прямоугольником. Мои гномы-сапёры открывали замаскированный выход из туннеля.

Это не были те туннели древних, а новые, свежие туннели, прорытые сапёрами под позициями самого ближнего лагеря армии Рейпла и сориентированные точно на его командирский шатёр.