Балцано придвинул свое кресло к столику, на котором стояли три пластиковые тарелки с салатами: на одной — помидоры с огурцами, обильно политые оливковым маслом, на второй — что-то вроде французского салата, который я терпеть не мог, потому что в нем была мелко нарезанная морковь, а на третьей — нечто экзотическое, рыбное, то ли из креветок, то ли из крабового мяса, очень похоже… И чашки, наполненные кофе, в каждой плавала лимонная долька, так я тоже не любил… Ну ладно, если уж подано… Кстати, когда Балцано успел все это приготовить, наверняка у него ушло не менее получаса?

— Но ведь вы знакомы с синьором Гатти, — сказал я, — с синьором Джанджакомо Гатти.

Я не спрашивал, я утверждал. Конечно, Балцано знал Гатти и не сумел этого скрыть.

— Гатти, — пробормотал он, — Гатти, конечно… Что вы о нем знаете, синьор Кампора?

— Похоже, вам об этом человеке известно больше, чем мне, — сказал я. — Может, вы и расскажете?

Балцано протянул руку за тарелочкой, положил себе немного рыбного салата и сказал задумчиво:

— Да, я знаком с синьором Гатти. Боюсь только, что вам в ваших поисках, синьор Кампора, это не поможет.

— Вы знаете, что с ним произошло?

— Боюсь, что… Откуда мне это знать?

— Джузеппе, — сказала Лючия, — Джеронимо хочет мне помочь, так же как и ты… и так же, как у тебя, у него не получается. Вообще-то, он, как и ты, сыщик. Только…

— Только — что? — спросил я.

— Пользы от этого нет, — со вздохом произнес Балцано и достал еще одну карточку, на этот раз не из брючного кармана, а из маленького карманчика на рубашке, его и видно почти не было, полоски сливались, и карточка возникла, будто, как и ее владелец, прошла сквозь материальную преграду — маленький прямоугольник, значительно меньше пропуска на территорию корпорации «Гвидо и Клаудио».

Фотография. Любопытное фото — оно выглядело трехмерным, определенно имело глубину, а может, это освещение в комнате создавало такой зрительный эффект? На фото синьор Балцано выглядел лет на десять моложе, худощавый, без залысин, но это, конечно, был он.

— Джеронимо Балцано, — прочитал я вслух, — частное детективное агентство «Гебриды», Рим, улица Росселини, двадцать шесть, под контролем полиции, начальник управления майор Арнольдо Гонзаго… подпись…

Подделка. Точнее, игрушка. Может, синьор Балцано хотел этой штукой обмануть Лючию — похоже, ему это удалось, — но показывать такую карточку мне было с его стороны верхом наглости.

— Ну-ну, — сказал я добродушно. — Что-то я не припомню агентства «Гебриды». И майор Гонзаго какой-то… С каких это пор мы стали работать под прямым контролем…

— Ах, дорогой коллега, — сказал Балцано, пряча карточку — она исчезла в невидимом кармане так же, как давеча исчезло другое удостоверение, — давайте наконец объяснимся.

— Давайте, — с готовностью согласился я. — Вы садитесь, я постою здесь. Я вас внимательно слушаю.

Он сел. Положил ногу на ногу, нацепил на вилочку кусочек чего-то, что могло быть креветкой, прожевал, мы с Лючией ждали, то есть я чувствовал, что она тоже ждет, ей тоже важно, что скажет синьор Балцано, будто она прежде ничего о нем не знала и даже не представляла, что он, собственно, делает в ее комнате.

Тем не менее говорить начала Лючия.

— Джузеппе, — сказала она. — Это все правда. Я обратилась к синьору Балцано, когда… В общем, я попросила найти… или хотя бы узнать что-нибудь… я была в отчаянии… я ничего не понимала… я даже не поняла сначала, что он… они…

Я должен был видеть ее глаза. Пришлось обойти кресло и сесть на стул, теперь я видел их обоих. Лючия сидела, прикрыв лицо ладонью, будто свет мешал ей, а на лице Балцано можно было увидеть смену самых разных настроений — от удовольствия (по поводу чего?) до горестных раздумий (видимо, по поводу неожиданного для него развития событий).

— Лючия, — сказал я, — давай я продолжу, а вы с синьором Балцано меня поправьте, если я начну говорить чушь. Скорее всего, так и будет, потому что, в отличие от вас обоих, я почти ничего не понимаю в происходящем.

— Документ, — продолжал я. — Конечно, я работаю в контакте с полицией и карабинерами, это понятно. Но уж точно не под прямым контролем. В моей карточке нет ничего подобного и быть не может, сама суть работы частного детектива определяет… В общем, карточка… И другая — пропуск на какие-то заводы. Нет такой фирмы в Риме.

— Зачем мне… — начал Балцано с набитым ртом, но я не дал ему продолжить фразу.

— Незачем, конечно. Никакого смысла. А если еще учесть вашу способность проходить сквозь стены…

— Я не…

— Да, это вы уже говорили. И если еще принять во внимание странное исчезновение синьора Гатти… и то, что муж Лючии говорил о…

— Вывод, вывод… — пробормотал Балцано, проглотив наконец и сразу положив в рот еще один кусочек.

— Да, вывод, — я помедлил. — Как говорится, когда все версии оказываются неверными и остается одна, то, как бы она ни была фантастична, именно она и будет истинной.