Поэтому помедлив, все же качаю головой.

— Там, — говорю глухо.

Он подхватывает меня на руки. Относит на мою кровать. Укладывает там поверх покрывала. И сам укладывается рядом.

Здесь тесно.

Варвар прижимает меня к себе так крепко, что не ускользнуть. Но тут и негде, даже если бы я попыталась.

В шоке ловлю себя на том, что ускользать-то и не хочется. Даже после той дикости, которая была в гостиной. После того, как он набросился на меня с «нежностью» оголодавшего зверя.

Что со мной?

Страха к нему нет.

Остановился. Прекратил. И создается иллюзия, будто можно все контролировать.

У меня совсем мозги плавятся. Да? Или это такой эффект от контраста между его жестокостью и тем, чем все заканчивается?

Но ничего не заканчивается.

Варвар зарывается лицом в мои волосы. Шумно дышит. А после приподнимается, опять ЛОВИТ вЗГЛЯД.

Довела, — заявляет отрывисто. — Больше так не делай. Но я, на нервах запинаюсь.
–

• Ничего не сделала. Между мной и Марком

ТоЛЬКО..

Он молчит. Однако его взгляд вынуждает замолчать и меня. А дальше сама не понимаю, как получается, что принимаю эти условия.

— Хорошо, — роняю глухо. — Я поняла.

Байматов продолжает смотреть.

— Больше никаких встреч с... ним, — прибавляю тихо.

Моя личная свобода — это лишь одна часть вопроса. Есть и другая. Безопасность Марка.

Что-то в глазах Варвара недвусмысленно намекает на такой исход, которого никому не пожелаешь. И это что-то заставляет меня все же уступить.

А дальше разум услужливо подбрасывает множество причин, которыми все можно объяснить.

Так будет лучше для всех. Вижу ведь, дружбы у меня с Марком не получится, а после той картины, которую он наблюдал, даже не знаю, как и когда мы бы снова могли начать общаться как раньше.

Однако дело не в дружбе. И даже не в Марке.

Байматов меня продавливает, причем так, что хоть и подмечаю, ощущаю все, а сделать ничего не могу. Не хочу? Наверное.

— Помни, — говорит он, почти касаясь моих губ своими губами.

— Ты теперь моя

женщина, Настя.

Его пальцы неторопливо ласкают мое горло, отправляя колючие вспышки по всему телу.

— Я дам тебе многое, — продолжает. — Все, что захочешь. Но есть правила, которые ты должна соблюдать.

Правила? — оторопело переспрашиваю. — Извини, я что-то совсем пропустила, когда мы это обсуждали.

Потому что ничего такого мы не обсуждали.

— Главное ты уже поняла, — заявляет Байматов.

Главное...

— А есть еще?

Вскидываюсь, глядя на него. Приподнимаюсь, обнимаю себя руками, отползая от него. Упираюсь спиной в деревянное изголовье кровати.

Он молчит. Просто наблюдает за мной.

А у меня от вновь возникшего накала нервы искрят.

Правила, значит.

Холод по спине пробегает.

— Я бы хотела знать все, — говорю.

Однако у Байматова свои представления про наш разговор.

Он перехватывает меня под колени. Тянет вниз, снова заваливая на спину.

Прижимает вплотную. А когда начинаю выпутываться из его захвата, лишь сильнее наваливается. Ногу через меня перебрасывает. Грудь накрывает ладонью, сдавливая сосок.

Тело тут же заполняют предательские ощущения.

Но я не хочу отдаваться очередному порыву. Разум бунтует. И пусть Варвар совсем не настроен на разговор, мы сейчас его правила обсудим.

Так думаю. Первые несколько секунд. Открываю рот, чтобы высказать все, о чем успела подумать.

Без шансов.

Байматов обрывает меня жадным поцелуем. Впивается в мои губы настолько порывисто и страстно, что мысли разом вылетают из головы.

Он отпускает мою грудь. Но уже в следующий момент накрывает живот. Его пальцы чертят хаотичные узоры все ниже и ниже. До тех пор, пока не добираются до самой чувствительной точки.

Всхлипываю. Вскрикиваю. Стон за стоном вылетают прямо в его рот.

Байматов пожирает все. Каждый звук. Каждый возглас. И меня саму. Он полностью берет под контроль.

Его пальцы касаются иначе. Непривычно. В жестах сохраняется оттенок грубости, но ощущается, как он гасит собственные дикие рефлексы. Давит природные порывы.