— Фишер, я не хотел…

— Да. Всё, что ты делал с тех пор, как мы сюда приехали, было потому, что ты хотел, — усмехнулся он. — Мы, — он указал между нами, — закончили.

Я открыл рот, чтобы сказать что-то, что угодно, но из него вырвался лишь сдавленный звук, на который, как я думал, я даже не был способен. Что значит «мы закончили»? Наша дружба? Наши потрахушки? И то, и другое?

— Просто послушай… ты не понимаешь, Фиш, просто сядь, и мы сможем поговорить. — Я покачал головой, пытаясь осмыслить всё происходящее, но он только рассмеялся. Глубоким, темным, злобным смехом, от которого по спине пробежал холодок.

— Теперь он хочет поговорить, — пробормотал он, продолжая увеличивать расстояние между нами. В груди было тесно, мне казалось, что я не могу сделать полный вдох, но я всё равно потянулся к нему.

— Не смей ко мне прикасаться. Ты эгоистичный ублюдок. Ты взялся за эту подработку в надежде на повышение. Ларсон кормил тебя комплиментами, называл сыном, и ты кинул нас всех с сияющими глазами. Но что, Слоан? Ты не чувствовал себя достаточно грязным, будучи лжецом, пока он не приказал тебе «проложить себе путь в отношения с ней, как это сделали остальные»? И что ты сделал потом, Слоан? Ты потрахался с нами обоими меньше чем через час, твои руки были по всему её телу! Меня от тебя тошнит! — проревел Фишер. Его дыхание было тяжелым, а мне казалось, что меня сейчас стошнит.

— Что ты, блядь, только что сказал? — прорычал Кам, надвигаясь на меня. Между его пальцами потрескивало электричество.

— Ты прикасался к ней, потому что тебе приказали? — Кай начал подкрадываться ко мне у него из-за спины.

— Всё было не так! Блядь! — закричал я, проводя руками по волосам, не заботясь о том, что только что перемазал всю голову собственной кровью.

— У меня есть для тебя секрет, Слоан, — прошептал Фишер, его глаза выжигали меня изнутри. — Те чувства, которые ты испытывал ко мне, те, с которыми ты боролся в своих воспоминаниях? Те, в которых ты не мог разобраться? — Он презрительно усмехнулся. — Это любовь, ублюдок.

— Любовь? — поперхнулся я, качая головой.

— Именно так. Ты любишь меня, Слоан. Ты влюблен в меня. Но хочешь знать кое-что еще? Ты также влюблен в неё. Так каково это — знать, что ты только что предал двух людей, которых любишь, и двух других, которых любишь почти так же сильно? Наверное, это рекорд: потерять две любви в тот самый день, когда понимаешь, что влюблен.

Моя спина ударилась о стену, и я сполз на пол, вытянув ноги перед собой. Любовь? Я влюблен? В Фишера и Рыжую? Горло перехватило, в ушах стучала кровь, она же стекала по моему лицу. Я поднял руку, вытер щеку и несколько мгновений смотрел на свои пальцы, прежде чем понял, что крови на них нет. Но там были слезы.

Глава 18

Кам

Мое тело дрожало.

Возвышаясь над Слоаном — одним из моих старейших друзей, моим братом, моим напарником до гроба — я смотрел, как он, блядь, ломается. Разлетается на куски.

И я чувствовал ту ярость, которая охватывает человека, когда его кидают так грандиозно, что руки чешутся от желания услышать хруст костей и увидеть брызги крови. О боги, я был пиздец как зол. Как он смел действовать у меня за спиной подобным образом?

Мы все наблюдали, как он смотрит на свою руку так, словно это какая-то инопланетная конечность. Его большой палец размазал слезы по коже, а глаза были широко распахнуты, как будто он просто не мог, блядь, поверить, что в нем осталось достаточно человеческого, чтобы плакать.

Сейчас я не мог с ним говорить, я едва выносил вид его ебаного лица. Моя женщина исчезла, и это была его вина.

— Кам, мне так жаль, я не знал, что так выйдет. Откуда мне было знать, что наш проклятый босс — ебаный демон? — сказал Слоан, но последнюю фразу он произнес так, будто говорил сам с собой.

У меня болела челюсть от того, как сильно я её сжимал, но сейчас я не мог открыть рот в его сторону. Поэтому я повернулся и обратился к Фишеру и Каю.

— Мы возвращаемся в коттедж. Мы всё расскажем Ба. Мы примем её гнев или всё то, блядь, что она сочтет уместным в ответ на нашу ложь. А затем мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы вернуть нашу ведьму, потому что я убью любого ублюдка, который встанет у меня на пути, — поклялся я. И я имел в виду каждое слово.

— Я не могу без неё. — Голос Кая был полон боли и паники. У него была связь истинных, и помимо душевной боли он будет испытывать боль физическую.

— Прости, К. Мне так чертовски жаль, — прохрипел Слоан.

Кай проигнорировал его.

— А что с ним? — Фишер кивнул в сторону поникшего Слоана.

Я глубоко вздохнул, мои руки сжались в кулаки по бокам.

— Давай, Кам. Выбей из меня всё дерьмо, я это заслужил.

Нет уж. Так легко ты не отделаешься.

— Он может остаться в квартире, или может съебаться туда, куда ему заблагорассудится. Надеюсь, мы остановимся в коттедже у Ба, чтобы работать над этим днем и ночью. Мы перевезем нашу одежду и вещи в её дом как можно скорее, — озвучил я план, и Кай с Фишером кивнули в знак согласия.

— Братья, не надо. Пожалуйста, позвольте мне помочь вам. Я могу всё исправить. Простите, я просто хотел выбить для всех нас, для тебя, Кам, свободное время.

В конференц-зале прогремел гром, молния сорвалась с моей руки и разнесла стол из цельного дерева на миллион щепок.