Имя Бутчера повторяется у меня в голове, возвращая старые ужасы, и это единственный способ от него избавиться. Я игнорирую братьев Сай настолько, насколько могу, но очевидно, что они не окажут мне той же любезности.

— Ты это называешь выпусканием энергии? — я бросаю взгляд и вижу Нео, прислонившегося к канатам. — Ты даже не вспотела. Ты не из тех, кто тратит время на тех, кто слабее тебя.

— Ты понятия не имеешь, что я за тип, — огрызаюсь я, делая глоток воды.

— Нет? Тебе нравится вызов, тебе нравится побеждать, и тебе нравится быть самой сильной в комнате. Неприятно это говорить, но ты не самая сильная.

— Правда? — я приподнимаю бровь, пока все переводят взгляд с меня на него. — Тогда кто?

— Я, — ухмыляется он.

Я громко смеюсь, а его улыбка только ширится.

— Ты? Папочка говорил тебе это каждую ночь, красавчик? Ты и минуты не продержишься со мной в этом ринге, не то, что нанесёшь хоть один удар. Возвращайся в свои дизайнерские магазины и на вечеринки, мальчик. Тебе здесь не рады.

— Если я попаду по тебе хоть раз, тогда ты обязана принять мой контракт, — огрызается Нео, явно задетый. — Если я попаду, тогда ты должна найти его.

Подойдя ближе, я приседаю перед ним, обхватывая его подбородок через канаты. Я тяну его к себе, пока наши губы почти не касаются.

— Нет, — шепчу я, когда кажется, будто я собираюсь его поцеловать, затем отталкиваю его и смеюсь. Я разворачиваюсь, но чувствую движение за спиной. Я ныряю и оборачиваюсь, и вижу его руку, вытянутую, чтобы схватить меня. Он бесшумно вошёл на ринг. Ладно, это я ему засчитаю.

— Испугалась? — кричит он достаточно громко, чтобы остальные услышали, и толпа протягивает:

— О-о-о!

Кто-то даже смеётся, и я прищуриваюсь, понимая, что он делает.

— Думаю, ты боишься проиграть.

Сдёрнув пиджак, он складывает его и отдаёт охраннику.

— Как ты и сказала, дизайнерский. Ну что, примешь или сбежишь, поджав хвост? Если сбежишь, ты не та, кем мы тебя считали.

Ублюдок загнал меня в угол, и он это знает, но именно тогда я самая опасная.

— Ладно, богатей, — фыркаю я, отступая назад. — Покажи, на что способен.

Толпа разрастается, вопли становятся громче, но я игнорирую их, стоя небрежно, опустив руки по бокам.

— Ну что? Ждёшь письменного согласия? — язвлю я, пока он таращится.

Ухмыляясь, Нео медленно закатывает рукава, обнажая загорелые, мускулистые предплечья, и у меня пересыхает во рту, потому что его вены будто только сильнее вздуваются. Придурок. Он не знает, что это моя слабость, но, когда я встречаюсь с ним взглядом, он внимательно наблюдает за мной.

— Сегодня вообще будет что-то? — окликаю я от раздражения и смущения. — Тебе нужно, чтобы брат держал тебя за ручку? — я ныряю под его удар и выныриваю рядом, вколачивая кулак ему в бок со всей силы. — Это было медленно и слабо. Ты не можешь сделать мне больно, богатей, так что не сдерживайся из-за меня, — я ускользаю в сторону, пока он хватается за бок, потом встряхивается, отбрасывая боль.

Он следит, как я двигаюсь вокруг него, а потом бросается на меня. Он хорошо контролирует своё тело. Нео не выдаёт движения заранее, но дерётся слишком чисто, и я использую это себе на пользу. Перепрыгиваю через его ногу и ныряю под замах, кружу вокруг и вбиваю стопу в заднюю часть его колена. Он падает, и тогда я дважды поднимаю колено ему в лицо. Он стонет, заваливаясь вперёд, кровь капает из носа, когда он плюхается на спину. Его красивое, идеальное лицо покрыто ручейками красного. Большинство бойцов отступили бы, но я не большинство. Нужно убедиться, что они не встанут снова – урок, который я усвоила на собственной шкуре.

Я вбиваю Нео ботинок в лицо и отступаю, пока он закрывает кровоточащий нос.

— Лежи, — фыркаю я, глядя на него, но идиот поднимается на ноги. Он упрямый и сильнее, чем я ожидала. Даже слышу, как толпа уважительно бормочет.

Пожав плечами, я разворачиваюсь и танцую по рингу, уходя от его диких, злых ударов. Теперь он не сдерживается, и это хорошо. Его зубы испачканы собственной кровью, глаза яркие и яростные. От него исходит сила, даже в костюме. Он жестокий, но я не могу позволить себе отвлечься. Используя канаты, когда отталкиваюсь от них, я выстреливаю в него, обвиваю ногами его шею и проворачиваю нас так, чтобы он влетел в мат. Держа ноги туго, я душу его, даже когда он шлёпает меня и перекатывает нас, поднимая меня в воздух и швыряя обратно на настил. Удар разжимает мои ноги, и Нео бросается на меня, но я вколачиваю кулак ему в лицо, и он отваливается назад со стоном, пока я поднимаюсь на ноги над ним.

— Ты идиот? — спрашиваю я, приседая перед Нео, пока он кашляет, выплёвывая кровь на ринг.

— Нет, просто решительный, — отвечает он, поднимая голову и глядя на меня. — Я бы сделал что угодно ради брата, и сейчас ты нам нужна.

Меня наполняют неохотное уважение и понимание. Я тоже сделала бы что угодно ради сестры.

— Иди домой, пока тебя не убили, — мягко говорю я ему. — Это не твоё место.

— Нет, но твоё, и ты нам нужна, — Нео снова поднимается на ноги, поднимая кулаки.