Никто не больше, чем Кейн. Кстати…

— Додж, где Кейн и почему ты не с ним? — спрашиваю я, когда он заходит в комнату.

— У него ранняя встреча. Он хотел, чтобы я отвёз младшего господина в школу, — отвечает Додж.

— Ясно. Додж, можешь удалить запись с камеры у двери за прошлую ночь? — спрашивает Зейн.

Мы оба поворачиваемся к нему, и он ухмыляется.

— Возможно, я немного перебрал. Отец меня убьёт.

— Что ты натворил на этот раз? — ворчу я.

— Возможно, я упал в пруд, и, возможно, новый Роллс-Ройс отца тоже, — салютует он мне кофе. — Не переживай, я бы уже был мёртв, если бы Кейн видел.

— Он видел. Они прямо сейчас его вытаскивают, — сообщает ему Додж, наливая себе кофе и прислоняясь к столу. — Ты труп. Извини.

Зейн стонет, щиплет переносицу.

— А если я скажу ему, что прошлой ночью я закрыл три сделки?

— Своим членом? — говорю я, кивая на распахнутый халат.

Он ухмыляется и откидывается назад, демонстрируя чужую работу.

— Одну пришлось немного поуговаривать, а Кейн сказал: «любыми средствами».

— И я уверен, ты кайфовал от этого по полной, — бросаю я.

Я делаю пометку на строке подписи в письме про новые апартаменты, а потом уделяю ему всё внимание.

— Тебе нужно быть осторожнее, Зейн. Я понимаю, ты самый младший и всё ещё в своей дикой фазе, но у нас повсюду враги. День рождения должен был это доказать.

Он надувает губы.

— Было тихо.

— Я знаю, но это не значит, что безопасно, — отвечаю я, но хмурюсь, обдумывая его слова. И правда тихо, слишком тихо.

— Додж, ты знаешь, что происходит? Обычно у нас минимум четыре угрозы в день, а уже несколько дней ничего, — спрашиваю я.

— Не уверен, сэр. Кейн тоже обсуждал это сегодня утром. Похоже, большинство наших обычных проблемных отошли, и я выясняю почему, — объясняет он, но и его это, похоже, тревожит.

— Это может быть, чтобы усыпить нашу бдительность. Давайте утроим штат и патрули…

— Уже сделано, сэр. Кейн предложил то же самое. Либо они что-то планируют, либо кто-то там защищает нас. Первое вероятнее. Я перевёл ваших охранников на удлинённые смены. Поэтому я и отвёз младшего господина в школу, и Кейн хочет, чтобы все залегли на дно на несколько недель, пока не случится то, что должно случиться.

Зейн стонет, но не спорит. В прошлый раз, когда было так же, кто-то попытался взорвать наш дом ракетой. Он до сих пор выковыривает пыль из своих костюмов, так что ему хватает ума не спорить, когда речь об этом.

— Я пошарю и посмотрю, не слышали ли что-то наши люди в тюрьме. Сарафанное радио в тюрьме работает быстрее, чем здесь, — бормочет он, доставая телефон из кармана халата, и выходит из комнаты, чтобы сделать эти звонки.

Я провожаю его взглядом, а потом смотрю на Доджа.

— Сколько бы ни стоила машина, спиши с моего счёта. Я покрою это и ущерб до того, как вернётся Кейн. Может, тогда он его не убьёт.

— Да, сэр, — ухмыляется Додж. — Но ты не можешь вечно его прикрывать.

— Он мой брат, — пожимаю я плечами. — К тому же мы все творили тупости, когда были молодыми. Я до сих пор помню тот день, когда ты голышом бегал по оте…

— Нет, нет, нет, — Додж поднимает руки. — Не заставляй меня это переживать.

— Это было смешно, — говорю я, допивая остаток детокса.

— Это было унизительно, и ты никогда не дашь мне об этом забыть, — бурчит он, сверяясь с часами. — Пойду проверю Кейна. Звони, если что-то понадобится.

Я отдаю ему салют, когда он выходит, и возвращаюсь к горам писем.

Все думают, что быть мафиозной семьёй, наверное, легко, мол, только убийства и хаос, но бумажная работа убивает.

— Ладно, — говорит Зейн, входя в мою комнату без стука, и распластывается поперёк моей кровати, его идиотский халат распахивается и показывает мне вообще всё. Закатив глаза, я снова поворачиваюсь к зеркалу и ловко затягиваю чёрно-золотой галстук, после чего одёргиваю жилет. Повернувшись к нему, я поднимаю нетерпеливо бровь, застёгивая манжеты.

— Ладно? — подгоняю я, когда он больше ничего не говорит.

— Извини, забыл, какая у тебя удобная кровать. Почему она лучше моей? — жалуется он.

— Потому что ты животное и всё время свою ломаешь. «Ладно», что? — давлю я, хватая пиджак и надеваю его, расправляя полы. Я бросаю взгляд в зеркало, проверяя чёрно-золотой дизайн, который выбрал сегодня.

— Мне удалось кое-что выяснить, но не думаю, что тебе понравится.

Я прищуриваюсь, поворачиваясь к нему.

— Похоже, тот пожар устроила наша новая лучшая подружка, Карма. Видимо, кто-то её взбесил. Говорят, она пошла войной, и большинство считает, что это в защиту нас из-за вечеринки и того, что Кейн был в баре. Люди отступают из-за неё.