— Да? Хм… До сих пор не могу понять, как ты с ним сосуществуешь. Ладно, слушай, сын… Вся эта непонятная возня тянется уже лет двадцать, не меньше. Мой отец только-только начинал вводить меня в правление своей торгово-промышленной компании, где я учился вести бизнес в качестве обычного сотрудника. Когда батя отошёл от дел, он передал все дела в мои руки, а сам вместе с твоей бабушкой уехал в Казань. Дескать, хочет отдохнуть от всего, потому что уверен: я справлюсь. Но дело не в моих способностях. В те же времена начали происходить странные дела. По всей стране прокатились необъяснимые трагедии с дворянскими родами, владеющими Оком Ра. Кто-то старательно и методично уничтожал хозяев этого артефакта вместе с семьями и близкими родственниками. За два года из Бархатной книги дворянства исчезло восемь выморочных Родов! Восемь, Мишка! Потом внезапно всё прекратилось. Расследование ни к чему не привело. Следы удивительным образом терялись, следствие не могло дать чёткого ответа, кто же виноват в таком количестве смертей.

Отец перевёл дух, задумчиво поглядел себе под ноги. Глухо продолжил:

— Но через пару лет затишья по России вновь прокатилась волна похожих смертей. Все, кто имеет Алтарь Ока, заволновались. В любой момент участь погибших могла коснуться и их. Мы стали объединяться, создавать некую структуру безопасности. Агентура, боевики, силовая поддержка, закупка оружия, наём опытных инструкторов — всё это происходило втайне от тех, кто был близок к императору.

— Вы подозревали, что инициатива чисток идёт от Романовых? — кое-какие паззлы стали складываться в моей голове.

— Да! Нам казалось, старая аристократия любыми путями хочет вернуть себе влияние на общество. А то что получается, купеческое сословие, стремительно богатея, начало подминать под себя всю промышленность, банковскую сферу, торговлю. Допустить появление конкурирующего сословия, уже во весь рост встающего рядом с князьями, природные аристократы не могли. Так мы рассуждали, поэтому и стали готовиться к неизбежному столкновению.

— К гражданской войне…

— Ну… да. К самой настоящей гражданской войне, — подтвердил отец. — У нас не было исчерпывающей информации о происходящем, но ведь кто-то разрушал Алтари и подчинял себе родовое Око очередной погибшей семьи! Понадобилось ещё некоторое время, чтобы из Москвы и Петербурга стали поступать скупые крохи новостей. Кто-то из правительства затеял опасную игру. Дело в том, что промышленно-торговые кланы полностью поддерживают Романовых. Законы, принятые Думой, направлены на развитие экономики страны, на улучшение жизни её граждан. Если у мещанина или крестьянина в кармане появляется лишний рубль, чтобы купить себе приглянувшуюся вещь, разве оно того не стоит? В конце концов этот рубль окажется у купца в кармане. С него он заплатит налог в казну государства. Мы двигаем Россию вперёд, а кому-то захотелось вернуться во времена разграбления ресурсов и перераспределения его между пятью-семью кланами старой аристократии. Так вот, появилось подозрение, что кто-то начал играть против Романовых. Причём, очень искусно. Не буду погружаться в мелочи, тебе же не это важно… В общем, я и ещё несколько крупных промышленников решили создать боевое подразделение из людей, напичканных с ног до головы имплантами.

— Универсальные солдаты? — до меня стал доходить масштаб происходящего за кулисами большой политики.

— Что? Хм, а ведь какое точное определение! — отец с интересом поглядел на меня. — Майор подсказал?

— Мы с ним частенько беседуем, — кивнул я. — Иногда его идеями пользуюсь… Значит, вы решили создать универсальных солдат? И каким образом?

— Для этой цели нам нужны «свежие» покойники, извини за такую подробность; женщины и мужчины, не важно, — отец не выдержал, встал и начал расхаживать по комнате, засунув руки в карманы брюк. — Подходили не все. Чтобы человек был тебе предан и благодарен за вторую жизнь, мы искали только тех, для кого создание клона под предстоящую рекуперацию было финансово невыполнимо.

— В таком случае вам нужно было заранее найти такого кандидата, взять у него генетический материал, создать клон и ждать, когда человек умрёт! — воскликнул я.

— Так и есть, — спокойно подтвердил отец, замерев у окна. — Кандидатов отбирали тщательно. Не все соглашались на особые условия, которые мы требовали от них. Тем не менее, картотека будущих бойцов пополнялась. Мы начали отбор генетического материала пять лет назад. Проект назвали «Ангел». Заказы на выращивание клонов распределяли равномерно по всем трём корпорациям. «Альтаир», «Спутник» и «Пульсар» — частные организации, им плевать, кто заказывает клона для рекуперации. Другой вопрос, кто именно «ставит начинку», как бы грубо это не звучало. Выращенные клоны забирались и перевозились в лаборатории, которые уже были подготовлены для пациентов. Там клоны хранились до того момента, когда человеку понадобится рекуперация. Импланты закупались через сторонние компании, чтобы никто не мог отследить, куда уходят весьма дорогие и многофункциональные кибердеки. Некоторые из них имеют статус биотехнологического оружия. За ними ведётся жесточайший контроль.

— Лихо, — покачал я головой, поражённый разворачивающейся передо мной картиной какого-то невероятного и ужасающего грядущего. — Вот только с Луизой Ирмер какая-то нестыковочка выходит.

— И в чём ты её видишь? — усмехнулся отец.

— Слишком быстро вы провели рекуперацию после её смерти, как будто уже был готов клон. Если матрицу души подселять в «пустой» клон, не имеющий генетический материал умершего, могут возникнуть очень огромные риски, вплоть до окончательной смерти реципиента, — пояснил я. — Или я что-то упустил?

— С Борей Ирмером я познакомился, когда только-только развивал логистическую сеть и расширял свою будущую торговую империю. Фермерские хозяйства поставляли продукцию в Оренбург, вот я на этой почве с Борей и сошёлся. Закупал у него гречиху, сахарную свёклу, подсолнечное масло и реализовывал по губернии. Луиза росла неприметной девочкой, лет так до четырнадцати, а потом словно с цепи сорвалась, — отец засмеялся. — Увлеклась стрельбой, рукопашным боем, совершенно не желала заниматься семейным бизнесом. Я стал к ней приглядываться, беседовать, а потом ради шутки предложил поработать на меня.

— И она согласилась? — недоверчиво гляжу на отца.

— Когда раскрыл некоторые детали, Луиза просто загорелась идеей. Сдала генетический материал «на вырост», так сказать. Мне же нужна была не девочка-убийца, а вполне созревшая молодая девушка с чётким пониманием своей задачи. Когда она приехала в Оренбург учиться, мы встретились, обсудили все деликатные вопросы. Я убедился, насколько барышня целеустремлённо идёт к своей цели. Она, кстати, первой предложила вариант с усыпляющим уколом. Дескать, чего тянуть и ждать? Очень уж хотелось ей заполучить импланты. Но я не торопился. Признаюсь, подобные уколы применялись к людям, уже безнадёжно больным. Насколько помню, всего пять или шесть случаев добровольного ухода из жизни. Теперь они составляют костяк «Ангелов».