– Я тебя тоже не забуду. Я обучил тебя всему, что тебе пригодится. Иди и ничего не бойся. Ты молодая, у тебя есть чем заняться в этом мире. Как ты этим распорядишься, зависит от тебя. Пусть Богиня тебя бережет, — сказал с улыбкой Хранитель.

Перекинув сумку, она вышла из дома и пошла по тропинке. Остановившись, Янира оглянулась.

Хранитель “стоял” у дома. Она поклонилась ему и пошла дальше по тропинке, уже не оглядываясь. Она шла и боялась опять расплакаться, - ком стоял в горле.

Куда она шла? Что будет там, впереди? Честно говоря, было страшно. То, что мир привёл и знал, что она справится, - мало утешало.

Она не знала, сколько прошла, но ноги уже стали гудеть от ходьбы, когда за поворотом дороги она увидела деревню.

И она решила остановиться в ней до завтра. Когда подошла и увидела первые дома, она была в шоке.

Такая нищета и запущенность. Как будто “мамай “прошёл. Покосившиеся, пустые и полуразрушенные дома, поваленные плетни, окна глядят черными провалами, заросшие бурьяном палисадники.

Зелени очень мало: кое-где кустарник, деревьев совсем нет около домов. Виднелись некоторые дома, которые подавали признаки жизни.

И изгородь стоит, и из печи виден вьющийся дымок, но как-то не радостно было от всей этой картины.

Безлюдно и пусто, и даже смеха детворы не слышалось. Ей пришлось пройти всю деревню, и она задумалась: в какую избу постучаться?

И тут увидела, как вышла старушка и села на бревнышко, которое лежало у плетня. Она даже не взглянула на неё. Вид у неё был такой-то потерянный.

Она не замечала вокруг себя никого. Янира немного помедлила и подошла к ней.

– Светлого дня, - поприветствовала её.

Та подняла на неё затуманенный взгляд и, немного помолчав, сказала:

– И вам светлого.

И только после этого её взгляд стал осмысленным, и она улыбнулась.

– Можно у вас остановиться до завтра?
– с надеждой спросила она.

– Почему нельзя? Можно. Только сын у меня иногда стонет,- болеет он, - со вздохом и с грустью ответила старушка.

– Меня зовут Янира. А вас?

– Мара. Пойдем в дом, отвар попьем и покормлю. Покажу, где сможешь отдохнуть.

Мара встала, и они направились к дому. Дом старый и незатейливый. Во дворе дома было чисто, ухожено. Когда вошли в дом, она огляделась: маленькие сенцы и вход в комнату, из комнаты - ещё три двери в другие помещения. Посреди стоит деревянный стол, лавки, подальше печь (похожа чем-то на нашу - родную), полочки под посуду и чугунки. Видно, что хозяйка старается соблюдать чистоту.

– Кушать будешь? Каша только, - спросила Мара.

– Давайте отвар. У меня с собой пироги есть.

Мара поставила кувшинчик отвара, а она достала пироги с мясом и с ягодами.

– Какое богатство. Сама пекла?

– Сама, сама. Садитесь, я сама налью себе и вам. Нож только дайте разрезать пироги.

Янира быстро налила отвар, нарезала пироги и присела на лавку.

Мара с такой осторожностью взяла пирог с мясом и стала кушать, закрыв глаза от удовольствия.

– Давненько я их не ела. Не из чего готовить.

— Что случилось? Неужели мужчин в деревне нет? Скотину не держите?
– спросила она.

– Так какая скотина. Её уже давно нет. Одну войну пережили, а сейчас другая напасть. Ты, я вижу, травница, и недавно у нас. Давненько таких как ты, нет. Так вот- нечисть завилась. Она стала появляться на границе драконов. Вот и бьются сейчас все с ней. Все существа объединились, а толку нет. Откуда она берется, неизвестно, а беды от неё много. Всех мужчин наш король туда отправил. Муж погиб, два сына. Вот третий вернулся больной. Его вылечить никто не может. Эти твари оставляют раны такие, что маги не могут вылечить. У тех, у кого есть магия, того ещё можно вылечить. А на людей ничто не действует. Когда сына раны сильно не тревожат, то ходит в лес, приносит дичь. Стараемся и себе оставить, и соседям дать. В деревне пять домов осталось, и то с бабами и детьми. А когда раны донимает, то едим каши и отвары. Только раны всё больше и больше болят, сколько еще время ему осталось, - неведомо.

И вдруг раздался стон. Мара быстро встала и зашла в другую комнату. Янира посидела, а потом решила посмотреть и направилась вслед за женщиной в комнату, откуда раздался стон.

Надеясь, что она сможет чем-то помочь. На кровати лежал мужчина. Он метался в бреду. Весь в поту. Черные волосы прилипли ко лбу. Мара намочила тряпку и стала вытирать пот со лба.

Яниру что-то подтолкнуло, и она подошла и чуть сдвинула простынь. На груди и на руках были порезы от когтей. Черные разводы отходили от ран. Они растекались по венам, по сосудам. То становились чёрными - чёрными, и тогда мужчина стонал. То вдруг они бледнели и боль уходила, и тогда мужчина вздыхал спокойно.