Когда пыль рассеялась, пустыня выглядела выжженным полем. Словно на рыжую скатерть поставили раскалённую сковородку, забыв подложить подставку. Тела собак разметало в разные стороны и они лежали, напоминая обугленные головешки, под оседающим пеплом. Шерсти не было. Голые, обгоревшие туши. Нелепые и совсем не страшные.

— Что там? — нетерпеливо спросила Сафонова, — Четверть часа прошло, как ощутили последствия детонации. Слегка тряхнуло.

Самвел Каренович несколько раз пытался встать на четвереньки, но каждый раз его возвращал в лежачее положение Равхан, шлёпая по спине ладонью.

— Команды вставать не было, — словно оправдываясь, шептал он профессору.

— Отбой! — словно очнувшись от тяжких раздумий, сказал Ломов и поднял забрало шлема. Сладковато пахло палёным мясом и ещё какой-то химией.

Ещё раз оглядев пустыню в бинокль, Ломов передал его Геворкяну, а сам отправился к пролому. Опуская в щель тубус, распорядился:

— Перезаряди.

— Как сработало? — спросила, подходя к щели Сафонова.

— Как по методичке, — ответил командир, — Выжженная земля и обгорелые трупы.

— По голосу слышу, что-то не так. Колись, Пешня.

— Оба варианта неверны. Граната взорвалась, сдетонировав о какое-то препятствие. Есть, конечно, один шанс на миллион, что снаряд столкнулся с пролетавшей птицей, но, сама понимаешь, это за гранью статистической погрешности.

— Вы не правы, командир! — раздался бодрый голос Геворкяна, — Просто метод проверки оказался неудачным.

— Обоснуйте, Проф! Только человеческим языком, чтобы я смог понять.

— Легко! — так же живо продолжил Самвел Каренович, — Квантовый тоннель мог быть прикрыт силовым полем. Чтобы те же птички в него не залетали. Если рассматривать вариант с проекцией, то все знают, что проблем с 3D-мэппингом не было и сто лет назад. Технология отработанная до мелочей. Проблема только в одном: нужен объект или непроницаемая поверхность на которую транслируется изображение. Вот с этой поверхностью и столкнулся ваш заряд. Всё просто!

— Вы издеваетесь, Проф? — взревел Ломов, — Это невозможно! Я допускаю, что технологии аборигенов невероятно продвинутые, но я также знаю устройство термобарических снарядов. Конкретно в этом нет электронной начинки, способной дать сигнал к подрыву дистанционно. Граната должна столкнуться с чем-то. Плотности воздуха для этого недостаточно.

— Успокойтесь, Дмитрий Дмитриевич, вы всех пугаете. Напомню элементарную истину: воздух состоит из азота, кислорода, аргона, углекислого газа и ряда примесей. Химия, восьмой класс. Это сложное вещество, образованное несколькими химическими элементами. Сами элементы, в свою очередь, состоят из молекул, ионов, и атомных кристаллов. Атомы содержат ядра и электроны. Физика, седьмой класс. Каким-то образом местные могут сжимать кристаллические решётки элементов до такой плотности, что поверхность становится достаточно твёрдая для трансляции спецэффектов. Вот в неё ваш снаряд и врезался.

— То есть вас ничего не удивляет? — язвительно поинтересовался Ломов.

— Меня восхищают их технологии! — признался Геворкян, — Уверен, что теоретически смогу всё обосновать по возвращении. Сделать расчёты и создать электронную модель. Ну, не на коленке же мне писать формулы!

— Обленились наши учёные, — совсем не к месту засмеялся Мельников, — Поди и в столбик считать разучились. Подавай им нейрокомпьютер с квантовым процессором. Иначе никак.

— Вам бы всё смекуёчки, молодой человек, — обиделся профессор, — Уверяю, что в этом вопросе моего слова, что теоретически такое возможно, достаточно. Вы верите мне, Дмитрий Дмитриевич?

— Когда Гейша рассказывала страшилки из «Сталкера», доверия к ней было больше. Здесь что-то совсем запредельное для моего понимания.

— Пешня, готово, — сообщил Черов, протягивая командиру заряженное РПО.

— Отставить, — сказал Ломов и, поднявшись с колен, направился к наблюдателям.

Подойдя, отобрал у профессора бинокль и принялся, в который уж раз, разглядывать пустыню. Минут через пять он опустил оптику и, как-то слишком спокойно, спросил:

— Значит, вы подтверждаете, что технически это возможно, и при определённых условиях подобное можно воспроизвести в нашем мире?

— Совершенно верно, — подтвердил Самвел Каренович, — Но теоретически и с помощью цифрового моделирования. Они обогнали нас на сотни лет.

— Другими словами, вы сейчас заявили, что местным подвластна магия. Мы находимся в мире магии. В каком-то грёбаном фэнтези! Так?

— Ну, какая магия? Что вы несёте? Чистая наука! При определённых технологиях возможны невероятные вещи.

— Всё-таки, вопрос упирается в технологии, — словно смакуя последнее слово, произнёс Ломов, — Тогда объясните мне, тупому солдафону, где аборигены разместили все эти генераторы поля, силовые установки, вырабатывающие мегаватты электроэнергии, изменители кристаллических решёток и квантовые мазеры, излучающие когерентные электромагнитные волны. Где все эти установки? Зарыты в песок или находятся в параллельном векторе, недоступном нашему зрению?

— Не знаю… — внезапно поник профессор.

— Шах и мат тебе, Проф! — заржал Мельников, радуясь, что командир сумел подловить «цыплёнка» на противоречии с действительностью, — Пешня, докажет тебе, что эта земля плоская и лежит на спине трёх верблюдов.

— Тихо! — заорал Равхан, поднимаясь с лежачего положения и принимая стойку гончей, почуявшей запах добычи, — Визуальная отметка пройдена. Ошибки быть не может. Аномалия двигается в нашем направлении.

Из помещения донеслись проклятия, ропот и панические возгласы.