Её охватила тревога. Их внезапное появление в лесу наверняка уже привлекло внимание местных, а значит, утром они могут ждать неприятностей. Магическое перемещение не останется незамеченным, и тогда Константин узнает всё.

— Я, пожалуй, лягу, — сказала Фэн, пытаясь скрыть своё беспокойство. Она забралась под шкуры, прижимаясь к стене, чтобы оставить Константину место.

— Согласен, — кивнул он, кидая пустую банку в угол.

Сняв оставшуюся одежду, он забрался под одеяло. Мягкие меха казались теплее, чем всё, что он чувствовал за день. Уложившись, Константин понял, насколько устал: битва с оборотнями, долгий путь через мокрый лес и неопределённость положения вымотали его. Закрыв глаза, он почувствовал, как напряжение постепенно отпускает.

Константин лёг на левый бок и украдкой посмотрел на лампу, рядом с которой устроился Златокрыл. Жар-птица закрыла глаза, её дыхание стало ровным и спокойным. Отдых всем необходим.

Фэн лежала, смотря в стену, покрытую тёмным мхом. Она устала не меньше Константина. Когда ей поручили встретиться с чародеем из Северной Империи, графом и приближённым самого императора, она представляла его совсем иначе: угрюмым, самодовольным и, вероятно, не слишком привлекательным. Но реальность оказалась совсем другой.

За стенами времянки дождь усиливался, ветер гудел в проёмах, заставляя деревянные стены тихо потрескивать. Фэн повернулась на другой бок, и её взгляд упал на обнажённую спину Константина, выглядывающую из-под шкур. Его тело было покрыто шрамами, ожогами, а в некоторых местах — следами от пуль.

— Ты был на войне? — спросила она шёпотом.

— Был, — кратко ответил Константин. Он лёг на спину и повернул голову к ней. — Последняя война Северной Империи с Империей Полумесяца. Тогда погибло много чародеев. Много друзей… — его голос задрожал.

— Каково это — видеть смерть?

— Приятного в этом мало, — признался он, — Души мертвецов часто навещают меня во снах. Прошло много времени, но я всё ещё иногда живу прошлым.

Он повернулся к Фэн, заметив, как тусклый свет лампы играл на её лице. В её глазах он увидел не просто любопытство, а что-то гораздо глубже.

— Тебе холодно? — спросил он, внезапно сменив тему.

— Немного, — ответила она, хотя медвежья шкура совсем не грела.

— Ты хочешь, чтобы я рассказал о войне?

— Хочу, — кивнула она.

— Я расскажу, но не сейчас, — устало ответил Константин. Он не поверил её словам о том, что ей не холодно. Подняв её руки, он аккуратно начал их согревать. — Так лучше?

Фэн кивнула и, не удержавшись, приблизилась к нему. Их тела соприкоснулись, и приятное тепло пробежало по её коже.

Некоторое время они лежали в тишине, не зная, что сказать или сделать. Они знали слишком мало друг о друге, но что-то необъяснимое их тянуло. Константин решился, собравшись с мыслями, и мягко поцеловал её. Фэн не отстранилась, и через мгновение ответила на его поцелуй.

— Ты можешь согреть меня? — прошептала она, приобняв его и прижавшись ещё крепче. Она не хотела торопить события, но знала, что без тепла долго не продержится. — Ты такой горячий…

— Неудивительно, — улыбнулся он, касаясь её лба своим. — Я управляю огнём…

Константин снова поцеловал её, и в этих поцелуях была нежность, которую невозможно было выразить словами. Они будто искали и находили что-то друг в друге — тепло, утешение, близость.

Так продолжалось до тех пор, пока усталость не взяла верх. Они заснули в объятиях, тихо посапывая. В ту ночь тревоги и страхи остались позади, растворившись в спокойствии и мягком тепле их единения.

Глубокий, затхлый туннель под Чёрным озером. Группа из пятидесяти солдат, согнувшись почти пополам, пробирается в ледяной воде к противоположному берегу. Сквозь щели в кирпичных сводах просачивается солёная вода, обдавая воздух тяжёлым морским запахом. Каждый взгляд вверх напоминает о том, что своды могут рухнуть в любой момент, похоронив всех заживо.

— Ещё чуть-чуть, хлопцы, — раздаётся звонкий голос капитана Олега Годунова, старшего сына императора и двадцатидвухлетнего командира. — Кажется, я слышу взрывы. Мы почти на месте.

Ответа нет. Полсотни молодых чародеев в зелёной форме молча следуют за своим командиром. Они вооружены саблями и шашками, но в бою оружие им не потребуется — каждый из них сам по себе смертоносное оружие. Все они — выпускники Академии магии Северной Империи, офицеры в возрасте от восемнадцати до двадцати трёх лет.

Жара и влажность действуют на нервы. Тела зудят от грязи и пота, одежда липнет к коже. Шесть дней они не видели воды для умывания. Почти неделю войска Северной Империи безуспешно штурмуют Золотой город — последнюю преграду на пути к победе.