Теперь же можно было даже прилечь вздремнуть.

Драмар погладил посох. Старый он где-то потерял, а на этом была только одна насечка, – ровно год с того момента, как он повел племя искать место для спокойной жизни.

Но как следует поспать ему не дали.

– Вождь? – обратился к нему молодой Охотник с татуировкой скорпа на ладони, представитель агрессивного и вспыльчивого рода Скорпов.

– Чего? – недовольно повернул голову старик, с трудом поднимаясь с насиженного места.

– У нас проблемы. – коротко ответил он и повел старика за собой.

Нехорошее предчувствие заклубилось где-то в середине живота у старика, заставляя сильно нервничать.

– Дерьмо. – констатировал Драмар через пару часов, стоя напротив камня, торчащего посреди крупного тоннеля. Рядом были Старшие Охотники, которые, собственно, его и позвали. Они молчали.

– И такие везде? – спросил он.

– Разведали все тоннели – везде вот так. Может есть еще какой-то незамеченный, но это вряд ли… – ответил молодой Охотник.

Камень не выпускал наружу, каким-то невообразимым образом заставляя испытывать непреодолимый страх.

По всему выходило, что камень внутрь впускал….а наружу – нет. И это уже было явно похоже на какую-то ловушку. О таком Драмар слышал впервые, поэтому просто растерялся, не зная что ответить.

– Но вы же возвращались после того как мы дошли до пещеры и помогали дойти старикам и женщинам? – спросил Драмар немного подумав.

– Да. – подтвердил Лакас, Охотник из рода Камнекрабов, – Никаких проблем не возникло. Я сам пересекал этот тоннель с камнем туда и сюда десятки раз. И ничто меня не останавливало.

– Значит, – констатировал усталый Драмар, – нас впустили, подождали пока войдут все и заперли.

Охотники кивнули.

– Что ж, мы можем только одно – ждать, пока эта аура страха исчезнет и постоянно ее проверять. Даже если бы кто-то из нас и смог бы вырваться наружу, всё остальное племя – нет.

– И это всё?

– Нет, – ответил Драмар, – Продолжайте искать другие проходы, более мелкие, возможно там не будут стоять такие камни.

– А если не найдем?

– А если не найдем, то будем делать свой проход.

Охотники задумались, но быстро согласились. Других вариантов у них просто не оставалось.

В следующее мгновение исчезли и Охотники, и старик с посохом – остался Драмар, валяющийся на полу, в собственных слюнях и поту, в восьми шагах от межевого камня. Боль в голове заставила его отползти подальше, на безопасное расстояние.

Едва Драмар оказался за пределами волн страха, он просто лег и долго смотрел в своды тоннеля, приходя в себя. Его вымотало как никогда. Он пытался переварить увиденное, переварить всплывшее из глубин памяти воспоминание. Он и был тем стариком-вождем, который привел племя в эту пещеру, из которой выхода не было. А посох-клешня лишь подтверждал это.

– А может это всё гребаный камень, который давит на голову, и мне уже видится то, чего никогда не было… – проговорил Драмар, глядя в потолок. В такую версию хотелось верить.

Племя тут. Племя в пещере, до сих пор живо, и, судя по воспоминанию, больше изначального в несколько раз, а это значит одно – никакой опасности тут действительно не было. Найденное место оказалось по-настоящему безопасным.

Драмар потихоньку поднялся и заметил, что далось ему это легче чем обычно. Да и голова будто начала работать яснее.

Странно…

Вдруг он ощутил легкую вибрацию стен, а потом эхом, словно с запозданием, раздался знакомый Бум!

– Предок…– тихо произнес Драмар, а потом вдруг вздрогнул всем телом, будто уловив какое-то странное несоответствие.

Через пару секунд до него дошло: в воспоминании не было никакого Предка. Просто не существовало.

Окраины пустовали. Зур”дах забрался в небольшую нишу в стене, в которую влез бы только ребенок и застыл. В трех сотнях шагов от него размещались загоны с ящерами, вокруг которых бродили, бездельничая, сонные погонщики и дрессировщики. Оттуда его не разглядеть, поэтому “глаза” можно было испытывать без опаски.