Шрифт:
Значит, в этот раз гоблин? – мелькнула у него мысль.
Глава 1
Закрытый мир Тарахар. Южные Пределы
Черные хребты.
Подземье
Зур”дах сидел на небольшом скалистом выступе прямо над туннелем-выходом из родной пещеры. Острые камни немилосердно впивались в его зад, поэтому он не мог долго усидеть на одном месте и постоянно вертелся.
Главное – не грохнуться вниз.
Уступ был небольшой, соскользнешь – и полетишь с высоты сорока локтей, так и убиться можно, никакая знахарка костей не соберет.
Бам!
Гоблиненок шлепнул себя по спине, убивая кусак, мелких жужжащих жучков.
– Гребаные кусаки! Чтоб вы поздыхали, – зло и тихо процедил он. Вся его спина была в трупиках убитых тварей, но новых кусак это ни капли не пугало, они с самоубийственным напором продолжали садиться на него и жалить. И сейчас сотни крошечных точек после подобных «укусов» нещадно чесались. Зур”дах резко поднял голову. Длинные уши встопорщились, чутко прислушиваясь к происходящему. Сверху доносился знакомый противный писк и возня, но непроглядная дымка от испарений и дыма костров скрывала своды пещеры и бурлящую там жизнь. Тшарки! Маленькие и наглые летающие ящерицы, похоже, как обычно дрались: самцы выясняли кто сильнее, а самки раззадоривали их. Через десяток секунд вниз свалилась тушка проигравшего самца.– Так тебе и надо, – хмыкнул Зур”дах. Летающие мрази, так он их называл, любили нападать на детей и очень больно кусать, причем атаковали тшарки всегда стаями и неожиданно. Взгляд гоблиненка опустился вниз, к тоннелю, ведущему из подземелий в пещеру .
– Да когда они уже вернутся? – недовольно пробормотал он.
Вот уже несколько часов гоблиненок ждал Охотников, а те всё не появлялись. Интересовали его, конечно же, не сами Охотники, а добыча, которую они будут тащить.
Интересно, каких тварей они наубивали? Может камнекраба притащат, давно не их не убивали, и, может, клешню выбросят?
Добыча Охотников распределялась только между ними, никому другому в племени она не доставалась, поэтому увидеть ее Зур”дах мог только в тот момент, когда они возвращались в пещеру.
Правда, он уже несколько раз за сегодня успел пожалеть, что решил их ждать. Искусанное насекомыми тело, пожалуй, не стоило никакой добычи, но любопытство пересиливало.
– Малец, не надоело тебе там торчать? – крикнул ему один из гоблинов-стражей, которые сидели у выхода из тоннеля и играли в кости. Опасности оттуда никто никогда не ждал – охотники всегда хорошо зачищали окрестности пещеры и максимум, кто мог сюда добежать из тоннеля – какая-нибудь мелкая тварь.
Надоело.
Однако вслух он ничего не ответил.
Зур”дах взглянул на родную пещеру, где подобных выходов-тоннелей было с полсотни, не меньше. И везде дежурило от двух до четырех Стражей. Именно для того, чтобы такие как он и другие дети не разбрелись по тоннелям, в которых и небольшие твари могли стать для ребенка проблемой. Одним взглядом окинуть пещеру было невозможно: другой конец терялся вдали, скрытый смесью вечного дыма и тумана. Тысячи жилищ племени были разбросаны по пещере где-то теснее, где-то свободнее. Сделаны они были по большей части из шкур, сухих растений, камней, а под многими из них были небольшие подземные пещерки, в которых либо спали, либо хранили вещи и пищу. С высоты же Зур”даха было видно, что все жилища расположены определенным образом и формируют круги, которые и разделяли племя на касты. Единственным пустым и незаселенным местом в пещере был центр – площадь, под которой лежало тело Предка. Это было самое холодное место пещеры. Пол там в прямом смысле промораживало льдом.
Ладно, – подумал Зур”дах, – пора слезать вниз.
Только он приготовился к этому, как раздался голос:
– Эй, мелкий засранец!
Твою мать!
К кому обращается старый Драмар, а это был именно старый гоблин, догадаться было нетрудно. Других гоблинят вокруг не было. Только Зур”дах. Он осторожно выглянул из-за выступа. Слезать резко перехотелось.
Драмар пристально смотрел на него, а если он так смотрел, то это означало только одно: он хочет впрячь ребенка в очередную работенку.
– Слазь-слазь, засранец! Займешься делом! Нечего там прохлаждаться. – старик опирался на свой посох-клешню и ждал.
Вот проклятье! Сам залазь, я подожду.
Старик небось собирался заставить его опять светильники подпитывать.
– Неа… – лениво протянул он в ответ старику и сразу спрятался за выступ.
Вернее, попытался.
В ту же секунду ему в голову прилетел камешек. Причем весьма чувствительно.
– Ай!
– Не дури, щенок! Или следующие полетят сильнее. Сказал “слазь” – значит, слазь. Прятаться вздумал, да если не слезешь, я сам взберусь наверх и скину тебя оттуда.
Стражи, прекратившие игру в кости, хохотнули.
Драмар решил подстегнуть мальца и швырнул целую горсть подобранных с пола камешков. Три попали в Зур”даха.
– Да слажу я! – крикнул он обреченно, – Хватит бросаться, старик.
– То-то же. Так бы сразу.
Гоблиненок уцепился за знакомые выступы на скале и начал слазить, даже не глядя, куда ставить руку или ногу. Он столько раз это делал, что справился бы и с закрытыми глазами.
Места от бросков старика всё еще пульсировали легкой болью.